«Сделай себе птичий домик», — ухмыльнулся Алексас. На стройках вечно таскают материалы для своих хозяйственных нужд. Я заметил, что одна из четырёх ножек была испачкана. «Воробьи не заметят капельку крови, Фалько!»

«Хмм… Были ещё какие-нибудь неприятности?»

«Кого-то раздавила необработанная мраморная плита. Специалист по мрамору был в ярости из-за повреждений; он сказал, что мрамор бесценен».

«Бессердечная свинья?»

«Полагаю, он отреагировал не подумав. А потом, на прошлой неделе, ещё один мужчина получил удар лопатой в драке».

"Необычный?"

«К сожалению, нет. На стройплощадках всегда полно инструментов и энергичных людей, которые умело с ними обращаются».

«Перед тем как уехать, я наткнулся на убийство с применением лопаты в Риме», — сказал я, снова вспомнив Стефануса, которого схватили и засунули под новую мозаику отца.

«Я видел много всякого, — усмехнулся Алексас. — Топорные смерти. Обезглавливания краном.

Утопления, раздавливания, ампутации ног и рук.

«Всё это произошло на дворцовом проекте?» Я был в ужасе.

«Нет, Фалько. Некоторые уже произошли. Другие ещё могут произойти».

«Я слышал, мужчину зарезали? Ножевая драка. Виноват был алкоголь».

«Я так думаю. Я слышал, это произошло в городе. Тело сюда не привезли». Он был терпелив, но считал меня попусту трачущим время.

«Алексас, не пойми меня неправильно. Я не ищу неприятностей. Я просто слышал, что число погибших здесь слишком велико, и оно может быть значительным».

«Значительное для чего? Для управления вялым?»

Что ж, это сойдет за объяснение, пока я не найду более точное определение. Если это вообще возможно.

Я оставил его, чтобы он остановил кровоточащий палец рабочего. Я заметил, что он выполнил свою работу спокойно, как и всё остальное, включая мои метания в поисках повода для скандала.

Теперь, поговорив с ним, я, кажется, понял его. Это был мужчина лет двадцати пяти, с тусклой кожей и скучным характером, нашедший своё место в профессии. Он был счастлив. Казалось, он понимал, что в более сложных жизненных обстоятельствах остался бы никем. По счастливому стечению обстоятельств он оказался в рутинной медицине. Он выписывал травяные сборы, останавливал кровь при лёгких ранах.

Решал, когда следует вызвать хирурга. Внимательно выслушивал людей, страдающих депрессией. Возможно, однажды в своей карьере он столкнётся с настоящим маньяком, которого нужно будет срочно усыпить. Возможно, его невежество погубило нескольких пациентов, но это относится к большему числу врачей, чем они готовы признать. В целом, общество пошло ему на пользу, и это знание его радовало.

Мне, пожалуй, приятно было думать, что Алексас сочтет это делом профессиональной компетенции – сообщать о любых нарушениях. Я бы нашёл

В остальном никаких зацепок. Мне придётся полагаться на Алексаса в вопросах информации о прошлых «несчастных случаях».

Но теперь ситуация была скрыта: я был здесь. Это должно успокоить любого, кому не повезло погибнуть при неясных обстоятельствах!

Когда я вышел из медпункта, кто-то слонялся снаружи с таким видом, что я оглянулся на него дважды. Мне показалось, что он собирается расспросить Алексаса обо мне. Но когда я пристально посмотрел на него, он передумал.

«Ты Фалько».

"Я могу вам помочь?"

«Волчанка».

Широкобровый, коренастый, с загаром, говорившим, что он прожил на улице в любую погоду лет сорок, он показался мне знакомым. «А ваша должность?»

«Начальник отдела по труду».

«Верно!» Он был на совещании по проекту; Киприанус указал мне на него. «Местные или иностранные рабочие?»

Люпус удивился, узнав, что их двое. Я просто ждал. Он пробормотал: «Я работаю за границей».

У перевязочной стояли скамейки для пациентов, выстроившихся в очередь. Я сел и предложил Люпусу последовать его примеру. «А ты сам откуда?»

«Арсиноя». Это прозвучало как нора в глубине оврага в пустыне.

«Где это?»

«Египет!» — гордо заявил он. Прочитав мои мысли, верная песчаная блоха добавила: «Да-да; это место называют Крокодилополисом».

Я достал свой блокнот и стилус. «Мне нужно поговорить с тобой. Валла был одним из твоих людей? Гаудиус? Или тот, кто погиб в ножевой драке на канабе?»

«Валла, Дубнус и Эпорикс были моими».

«Эпорикс?»

«На него упал элемент крыши», — показал мне Алексас тяжёлый конец.