Седой выжидающе взглянул на по-прежнему лениво восседающего в кресле собеседника. Девлетъяр в ответ пожал плечами.

— Если бы твои люди попытались снять на фиксатор грудь моей жены, я бы вспорол им глотки, — медленно проговорил он. — Считай, твои орлы легко отделались… если этот боярский сын не предъявит претензий.

— Бездна с этими претензиями! — вспылил седой. — Техника, Девлетъяр! Много ты знаешь «обычных туристов», машины которых снабжены боевыми подавителями?! У нас два дня до следующей поставки, а по маршруту разъезжают непонятно чьи боярские дети на машине, оснащённой комплексами СЭК и СЭП. Как вовремя, а?!

— Азамат, что ты от меня хочешь? Чтобы я вытурил гостей? — усталым тоном произнёс его собеседник. — Заметь, гостей, пока ещё ничем не доказавших свою злонамеренность. Более того, вполне официально прибывших на эти земли, не скрывающих идентификаторов и маршрута следования? Ну, хорошо, допустим. Выгнали мы их. Подгоним служилых, окружим и выпроводим за пределы наших земель под угрозой оружия. Но, судя по представленной тобой же записи разговора этих ребят на въездном КПП, они неплохо разбираются в своих правах, так что, предполагаю, следующим их шагом станет обращение в Сарапульский стол Поместного приказа с жалобой на неправомерные действия рода Исенбаевых. Начнутся запросы, проверки, комиссии… Ты в самом деле хочешь привлечь ТАКОЕ внимание к этим землям?

— Можно же решить вопрос радикально, — седовласый чуть сбавил тон.

— Можно, — благостно кивнул Девлетъяр. — А у тебя есть гарантии, что их господин не знает, куда отправились его люди в путешествие на медовый месяц? А может, у тебя есть гарантии, что эта рыжая махина вот вообще никак не засветилась на чьих-то фиксаторах по пути сюда, в наши земли? Потому что если таковых у тебя нет, то я тебе гарантирую на сто процентов: боярин в поисках своих вассалов наведёт здесь такой шухер, что возможные проблемы с Сарапулом на их фоне покажутся нам лёгкой щекоткой.

— Да с чего бы? — возмутился Азамат. — Положим наглухо, вывезем на их же машине за пределы вотчины и утопим в Каме. Всех дел.

— Ага, — холодно улыбнулся Девлетъяр. — А потом машину отыщет по маячку настоящий хозяин и… придёт к нам, чтобы спросить за своих людей. Или ты думаешь, что эти малолетки на свои деньги купили такой транспорт? Как там? С системами СЭК и СЭП, да?

Бывает, дела катятся как по рельсам, всё получается и любая неожиданность оборачивается к выгоде. А случается… одна нечаянная пакость тянет за собой целый клубок вроде бы никак не связанных с нею неприятностей. Вот и у нас вышло так же. Ну, сбил я дрон с фиксатором, нацелившийся на съёмку прелестей моей жены. Казалось бы, мелочь и ерунда, но раз уж начался наш отдых в Усть-Бельске с испортившей настроение чепухи, так он и дальше покатился. Сначала на въезде в городок нас тормознул патруль Исенбаевых с проверкой. И плевать им, что город государев и власти в ней, де-юре их хозяин не имеет.

— Так мы и не в городе, а на въезде в него, на территории заповедника, принадлежащего роду Исенбаевых, — пожал плечами невозмутимый усатый дружинник в уже знакомом камуфляже с шевроном-эмблемой, украшенной затейливой вязью.

— А вы здесь, значит, вроде егерей, да? — фыркнула устроившаяся на крыше спасплатформы Оля, с недовольством поглядывая на высыпавших из трёх вездеходов бойцов здешнего владетеля, с любопытством осматривающих нашу машину и её экипаж.

— И егеря, и лесники, и иное… по потребности, — пожал плечами усатый командир отряда, равнодушно проглядывая на экране своего навороченного браслета информацию по нашим идентификаторам. Пока же он вдумчиво читал полученную информацию, пара подчинённых, стоявших за его спиной, тихо перекидывались меж собой репликами на незнакомом языке. И мне совсем не нужно было быть полиглотом, чтобы понять, о чём именно болтают дружинники. Липких, откровенно раздевающих взглядов, бросаемых ими на Ольгу, было вполне достаточно… Так ведь они ещё и похотью фонили на версту. Дебилы.

Заметив моё состояние, супруга демонстративно подняла руку с браслетом-коммуникатором, щёлкнула пару раз пальцем по невидимому окружающим экрану, и над платформой понёсся перевод той чуши, что несли аскеры местного «князя». Автоматический, произнесённый механическим бездушным тоном, он, тем не менее, моментально заставил раздухарившихся бойцов заткнуться. Усатый дружинник скривился, оторвавшись от изучения документов, и с силой выдохнул, бросив на своих сопровождающих сердитый взгляд.

— Происходящее зафиксировано, — мурлыкнула Оля, а я почувствовал, как губы сами собой расползаются в предвкушающей ухмылке.

— Замечательно, — отозвался я, спрыгивая с крыши платформы. Потянулся с наслаждением, хрустнув косточками и, повернувшись к командиру остановивших нас дружинников, поинтересовался: — Как дело будем улаживать, дружинник дома Исенбаевых?

— Проезжайте, — каркнул он, делая шаг назад, и махнул рукой, словно от мухи отмахнулся.

— Э, нет, дражайший, — покачал я головой. — Так дело не пойдёт. Твои брехуны мою жену оскорбили, а ты, как командир, даже не подумал их остановить. Так что либо вира с тебя, либо дуэль с твоими чересчур болтливыми подчинёнными. Выбирай. И да, как бы дело не обернулось, обещаю: информацию об этом инциденте я отправлю главе рода Исенбаевых, чтобы знал, каких «орлов» он в свою дружину набрал. Ну и в Поместный приказ, само собой, сообщу. На всякий случай.