— Знаешь, что это?

Бывший житель волховского Вихора покачал головой.

— Не ведаю. Тонкое ведовство!

Я задумался, как их мне в голову сунули? Да так, что я не заметил? Вот и жена подозрительно поглядывает.

— Не помню, чтобы кто-то близко подходил.

— Надо людей, знающих поспрошать. Вечером будет в Портюге, завтра в Обитель сходим и попытаем.

Во время обряда всю команду разогнали по каютам. Да и особо желающих торчать наверху не нашлось. Народ в целом волшбу недолюбливает. Если не сказать больше. Но клин клином вышибают. Так что в рубке остались лишь два старика. Кормчий и сам кок. Вечером меня вытащили на палубу, где меня приветствовала вся команда. Только сейчас я до конца осознал, что дорог для них, как и они мне. Пабло и Белояр постоянно подтрунивали. Мол, я так специально устроил, чтобы передо мной голая дева танцевала. Вариха ругалась на охальников, Милорада радостно улыбалась. И все мы смотрели вперед. Пушлахту, передовой форпост речной стражи уже прошли, издав радостный гудок. Механики не смогли удержаться и даже прибавили ходу.

— Едома! — неожиданно для всех заорал наблюдатель.

Небольшой скалистый и поросший лесом островок с орудийными фортами на каменистых мысах немного погодя остался по левому борту. И вскоре мы наблюдали перед собой небольшой городок. По правую сторону причалов дымились трубы, виднелись черные горы угля. Им отапливались зимой и торговали по реке. Вдоль всей набережной стояли забитые различными лодьями причалы.

Это был рабочий и купеческий городок. Даже вечером в нем не прекращалось движение. Улицы были залиты светом электричества. Я уже знал, что рядом с градом стоит самая настоящая гидроэлектростанция, построенная коммунарами. Кроме торговли, Портюга славилась производством различных турбин, а также развитым гончарным производством из местной белой глины. Сам город занимал выдающийся в Устюгу треугольный мыс. Который своей конфигурацией давал возможность построить множество причалов.

— Обитель!

Произнесено это было с неким почтением. Монастырь некогда был настоящей крепостью и находился как бы на острие мыса. Высокие стены, мощные башни. В случае чего, я уверен, что обитель может быстро стать заново военным фортом. Хотя лучшая оборона данной волости — это мощь флота. По многим военно-техническим параметрам Портюга всегда была впереди. Вольный люд горазд на выдумки. И сильно подозреваю, что с помощью своих ватаг волость издавна занимается поиском и изучением старинных градов и артефактов. Если в Обители находится крупнейшее хранилище свитков, то, значит, собирали их здесь очень давно. Вот такое своеобразное получилось разделение труда на реке. Но так всегда происходит при возрождении цивилизации. На моей планете еще со времен бронзового века.

Поэтому на Великой так важна торговля. И всем попаданцам здорово повезло, что в здешнем мире оказалась такая длинная и полноводная река. Она и есть суть цивилизации Беловодья. Мы прошли мимо торговых пристаней и встали около выдвинутого в реку причала. Видимо, в отсутствие свободных мест, нам было разрешено пришвартоваться здесь.

— Вы собрались?

Пабло вернулся обратно и обратился к нам. Вещи собирала Милорада, я еще был слаб. Егер подхватил внушительную сумку и мой рюкзак, женушка повесила через плечо две котомки. И откуда у нас столько вещей собралось? Несмотря на уговоры, я нес оружие сам. «Жнец» и новый пистолет висели на поясе. Левер закинул через плечо. Самострел будет выкуплен после раздела кошта. К вечеру мне окончательно стало лучше и вышагивал по причалу я смело.

Крики речных птиц смешались с деловым гулом идущих мимо порта торговых паузков. Шумел и город. Люди вышли на улицы после рабочего дня прогуляться или зайти в лаки, а то и таверны, чтобы пропустить кружку другую эля. Около ворот нас ждал автомобиль. И это был ГАЗ! Также подготовленный под экспедиции. Пабло скинул наши вещи в багажник и кивнул на задние сиденья.

— Поехали!

— Куда?

— Поселим вас в постоялый двор при Обители. Завтра будем решать вопросы. Матушки все равно нет в Обители, так что с обрядом свадебным не торопитесь. Сначала решим, что делать дальше. Платить ничего не надо.

Молчаливый водитель ничего не произнес, просто надавил на газ и неспешно двинул по улицу. Я и Мила с любопытством озирались. Портюга городок небольшой, его можно пройти за пару часов пешком. Вортюга, говорят заметно больше. Улицы с основном узкие, кроме дорог, идущих в порт. Дом стоял на доме, застройка довольно плотная. Внизу сплошь лавки или едальни, второй или третий этаж жилые. Затем застройка резко прерывается, освобождая пространство перед белыми стенами Обители. Машина поворачивает налево, и вскоре мы останаливаемся возле двухэтажного каменного здания. Пабло тут же исчезает, но вскоре появляется.

— Сейчас проводят. Завтра я вас найду, и тогда поговорим.

— А мы можем куда-то отойти?

— Только если рядом. И Слава, у тебя есть монеты для траты?

— Не беспокойся, дружище, остались. Ах да, хотел спросить, — я полез в карман и достал конверт из Верхоянска. Вскрыть его все было недосуг. Внутри оказалась цветастая бумажка с выведенный в специальном окошке суммой. Ого, мне заплатили сто десять гривен! За сущую ерунду. Это так меня хотят купить или ценят? — Где можно получить за него монеты?

— Не торопись! в Вортюге курс лучше и можно отдать в контору на рост. Ведь еще будут выплаты за золото и находки.

Я замолчал в недоумении. Это не дикий мир, тут есть даже депозиты. Сколько всего мне еще стоит узнать!

Заселили нас без всяких формальностей. Никаких вопросов — женаты ли мы и где наша прописка. Крепкий дядька взял наш багаж, не обращая внимания на оружие, повел наверх. Номер был небольшим, но уютным. Шкаф, стол, два стула, наконец-то, двуспальная кровать! Отдельный туалет-ванная привели Милораду в восторг. Вскоре, немного раскидав одежду по полочкам, она исчезла в ванной. Послышался шум наливаемой воды и чуть позже возглас: