— Рано или поздно ты там будешь. Это мы обещать можем.

Ага, спасибо вам большое! Как будто у меня есть выбор?

— Надо забрать вещи с заезжего двора.

Ответил на мой запрос востроносый, что убил артельщиков. Его движения были на редкость отточены. Очень опасный тип.

— Тогда чего стоим?

Радует хотя бы факт того, что эти парни знают, что делать.

Мы шли в тени домов, особо не прячась. Поной жил и ночью. Гости и жители городка возвращались после загула, кто-то еле полз, других тащили верные товарищи или слуги. Забулдыгам стать жертвой ночных татей в городке несложно. Кто отследит прибытие потаенных стругов? Потому все нами встреченные все старались идти небольшими группами, так что мы особо не выделялись и по пути никаких эксцессов не возникло. На крыльце заезжего двора я заметил двух мужчин и остановился за углом. Приглядевшись, понял, что это те самые наемники, которых я видел в харчевне. И кого они интересно, ждут посреди ночи? Чутье подсказывало, что через парадный вход идти не стоит.

— Проблемы? — прошептали сзади.

— Сейчас решим.

Я вспомнил, что можно зайти со двора. Мы двинулись туда, «инженеры» меня прикрывали. И тут, наконец, мне сопутствовала удача. Мы перехватили служанку, что убиралась сегодня у меня в номере. Девушка сначала испугалась, затем узнала меня и успокоилась. Смотри любопытно на нашу странную компанию, но задавать вопросы побаивается. Недолго думая, я сунул ей в руку целую гривну и попросил помочь. Отчего-то мне показалось, что та ко мне относится хорошо. Не ведаю даже, откуда это чувство взялось. Но уже начал привыкать, что здесь интуиции стоит доверять. И оказался полностью прав.

— Господарь, вас ищут. В комнату вам не пройти.

Я не стал спрашивать, кто так жаждет моего присутствия. Чую, многим понадобился.

— Давай, сделаем так, — я передал девушке ключ, — вынь все из шкафа и кинь мне в окно. Сделай это тихо и незаметно.

Девушка колебалась одно мгновение, затем приблизила лицо к моему и горячо зашептала:

— Вы возьмете меня с собой? Хозяин давно грозится отпустить, но все заработанное себе забирает. А куда мне податься, сироте?

Девушка была симпатичная и, похоже, горячила кровь меня омоложенного. Но я старый тормозил гормоны и старался думать другим местом. Внезапно вмешался один из сопровождающих.

— Ты откуда сама, дочка?

— Вихорцы меня усуням продали в отрочестве. Нашу деревню разорили, вся родня убита или в полоне.

Кто-то из «инженеров» зашипел от несправедливости. Я же в очередной раз намотал на ус, что в Беловодье вам точно не благодать, а мир суровый и временами жестокий.

— Сделай, как он велит, и сама соберись. Часу тебе оборот веретена. Но если услышишь шум, то ховайся, доча.

Я в ожидании присел на корточки. Честно говоря, был ошеломлен скоротечностью событий. Одно за другим. Но сил и духу хватило поинтересоваться:

— Вы, уважаемые, из обители какой? Помогаете всем безвозбранно.

Очкарик присел рядом и протянул руку:

— Ерофей, по-здешнему Ероха.

Вторым представился сутулый. Шарф прятал его длинную шею.

— Велизар, на самом деле Вениамин.

Мастер ножа был неулыбчив:

— Теодор, для своих Федор.

Ничего себе! До сих пор я встречал лишь какие-то старорусские имена, а здесь они греческие. Эти парни ближе к моему миру, чем русландцы.

Пришел черед удивить их:

— Станислав.

Федор дернулся:

— Не Стас?

Я ему ответил в тон:

— И не сакс.

Вениамин сверкнул зубами:

— Я вам говорил.

Меня же распирало любопытство:

— Что не так с саксами? Просто немцы. И кто вы такие?

Ерофей предостерегающе поднял руку:

— Тише! На крейсере все решим.

Офигеть не встать! Да нет, пожалуй, с этими подручными мне будет лепше. Хватит с меня киржаков и викингов. Интересно, они из моего мира или похожего? Ладно, все потом. Уже скрипнуло окошко, и я тихой тенью метнулся туда. Появилась головка в косынке и полетели вниз вещи: одежда, рюкзак и к моему большому удивлению последним в руки приземлился левер. Когда и успела? Шустрая девчонка! Через десять минут рядом появилась тень. Это пришла служанка. Сверху на тело накинут плащ, за спиной и в руках котомки. Парни тут же перехватили ее пожитки, и мы исчезли в предрассветных сумерках.

Идти было недалеко. В порт прошли через охраняемую калитку. Ерофей, как старший о чем-то переговорил со стражей и махнул нам рукой. Я и девушка по договоренности накинули сверху капюшоны и шли рука об руку. По легенде мы любовники, что не смогли сойтись во мнении с суровым отцом. Думаю, подобное происходит всегда и везде. Сердцу не прикажешь. И еще я успел заметить возмущенное лицо служанки, при объяснении. Но она благоразумно промолчала. Меня же теплая девичья рука откровенно возбуждала. Вергой тебе в глотку, о чем ты, Славик, думаешь в подобный момент?! Неужели мы такими и были в юности? Так что мне еще предстоит привыкать ко второй молодости.

Отчего-то я совсем не удивился, когда мы оказались у трапа «железнобокого». На том берегу начал блестеть рассвет, и громада корабля темнела на его фоне графически выверенными формами. А ведь его строили технически грамотные люди! И возможно, кто-то из моих провожатых к этому причастен. На палубе не спали. Горели фонари над вахтенным, в рубке и тихо шептал во внутренностях двигатель. По мерному шуму я определил, что это, скорее всего, дизель.

Нас уже ждали, трап спустился на причал. Ерофей поднялся первым и поманил нас жестом. Я подтолкнул вперед девушку и поднялся следом, оказавшись на дощатой палубе. Нас тут же повели дальше, открылась дверь в надстройку. В отличие от виденных мной торговцев, та была внушительной. Мы вошли в узкий коридор и спустились по трапу вниз. Потом нас со служанкой оставили в небольшой каюте двоих, положив вещи девушки на палубу. На стенке под плафоном горела неяркая лампочка, на потолке виднелась лампа больше. Но из маленького иллюминатора уже струился матовый утренний свет, по потолку забегали зайчики, отраженные от речных волн. Две койки в два этажа, платяной шкаф, раскладной стол у переборки. Вот и все убранство нашего нового обиталища.