«Не навязывайте мне свое мнение» — читалось во взгляде Рохта.

Я подумала: «Ха! Мнение? Да Скроу, судя по всему, решила навязаться дракону сама вся целиком: с крыльями и своим чешуйчатым хвостом», и эта мысль мне отчего-то не понравилась.

— Что-то случилась, адепты? — поинтересовался Рохт, спустившись с лестницы к нам и еще не подозревая, что и с ним тоже сейчас кое-что произошло: с драконом случилась Скроу и еще пятеро адептов, желавших пройти практику в отделе правопорядка. Во что бы то ни стало пройти! Даже если ради этого придется применить не совсем законные методы, как то: подкуп, манипулирование и соблазнение — и все это — только из арсенала одной крылатой. Об остальных (и себе тоже) я скромно молчу.

Пока же Рохт был в счастливом неведении. Но длилось оно недолго. Секунды три. А затем мы сообщили ему о возникшей проблеме. Особенно активно сообщала Скроу, давя сразу и на жалость, делая большие глаза, из которых мне показалось, что в какой-то момент даже слезы польются. Но потом драконица не иначе как вспомнила о макияже и… быстренько решила, что заломленных рук и трагичного голоса ей вполне хватит.

— Боюсь, что офицера Райт не будет до самого вечера, — просветил нас мой ночной кошмар.

— Но у нас стажировка… — растерянно протянул Колокольчик. — И сегодня бланки нужно заверить и хотя бы отметить в них, что мы тут были.

— Да-да… непременно нужно, — подхватила драконица.

На какую-то секунду мне показалось, что капитан ответит в духе: «Ничем не хочу вам помочь», но… дракон оказался если не благородным, то отлично понимающим: просто так эти кровопийцы (один — настоящий, а остальные — просто адепты, жаждавшие пройти стажировку) от него не отстанут, вздохнул и достал из кармана магофон.

Спустя пять минут, три коротких капитанских «да» и одного протяжного, полного обреченности «хорошо» мы оказались на втором этаже отдела правопорядка. Рохт провел нас туда через бдительного охранника. А все потому, что последнему было плевать на какие-то там табеля, заверенные академией, пока к этим самым бумажкам прилагаются только лишь безответные адепсткие персоны без сопровождения офицера.

Как только мы оказались в кабинете Рохта, он сообщил, что нам нужно еще немного подождать: он разберется с отчетом и потом проштампует нам табеля, проставит дату начала стажировки и… мы можем быть на сегодня свободны. Завтра Мира Райт уже будет на месте и введет нас в курс тел… точнее, дел. Тел, правда, тоже, в трупницкой как раз несколько таких завалящих было, и мы со штатным некромантом должны будем определить причину смерти.

От этих слов Колокольчик побагровел, драконица сглотнула, Элай дернула ухом, которое начало покрываться шерстью — видимо, не смогла от эмоций сдержать частичную трансформацию. Нокс дернул уголком рта. Лишь мы с демоном остались невозмутимы. Я — потому что примерно что-то такое и предполагала. Рогатый, как аристократ был, видимо, хорошо выдрес… воспитан и умел держать лицо при любых обстоятельствах. Даже таких возмутительных.

Правда, когда Рохт ушел, оставив нас в своем кабинете, выяснилось, что негодуют мои однокурсники по разным причинам.

Лира возмутило то, что он, лучший адепт потока, будет на этой практике бездарно растрачивать свой талант.

— Это все равно, что последней моделью магофона гвозди забивать. В крышку гроба. Я не для того столько учился, добивался писать диплом у прославленного преподавателя академии, чтобы вот так… — негодовал он.

Скроу же нервничала по другой причине: как выяснилось, она до смерти боялась трупов. Именно поэтому в свое время не пошла на боевой факультет. Хотя и дар, и физические возможности ей это позволяли.

— А у меня с живой алхимией не очень, — призналась Элай. — Неорганическая на отлично. Я даже диплом пишу, посвященный кристаллам. А с веществами и соединениями телесными…

— А ты чего такой недовольный был? — поинтересовалась я вампира, который сейчас с интересом разглядывал кабинет и делал вид, что не возмущался вовсе.

— За компанию, — клыкасто улыбнулся Нокс. — Я же стихийный эмпат. А тут столько эмоций разом на меня вылилось, вот я и… — он оборвал сам себя на полуслове, видимо, не зная, как все объяснить, смутился и, как часто происходит в таких случаях, перешел от защиты в нападение: — А ты-то что такая спокойная? Словно для тебя работа в трупницкой — обычное дело и черновая работа с мертвяками тебя ничуть не смущает.

Хотелось бы сказать, что когда твой отец был одной из ключевых фигур преступного клана магов-отступников, то да, с трупами дела я имела. И чаще, чем хотелось бы. Да что там имела! У меня было множество шикарных шансов стать одним из них. Один из последних, к слову, представился пару недель назад, когда мы удирали с нового континента под шквальным огнем чарометов.

Но… сказать это хотелось, но не моглось, поэтому я ответила в принципе сущую правду:

— Тема моей дипломной — комплементарность нетоксичных органических соединений, образующихся в организме смертельные яды. Догадайтесь, откуда я добывала экстракты для опытов? — и не дожидаясь ответов, добавила: — Из трупов.