— Видите? Я же говорила. Вся эта невинность – просто спектакль. Она сумасшедшая.

Мышцы на груди Кайдена напряглись ещё сильнее.

— Почему? — спросил он меня.

— Я… я не знаю, — честно ответила я.

Кайден развернул меня к себе. Полностью игнорируя Наташу, он раскрыл мою ладонь.

— Дай посмотреть на твои руки.

Я подняла голову, растерянная.

— Мои руки?

Наташе нужна была медицинская помощь. Царапины на её лице и шее становились всё хуже, один глаз почти заплыл. Он – врач. Почему он не оказывает ей помощь?

Кайден мягко раскрыл мои ладони, чтобы осмотреть покрасневшую кожу.

— Черт, — прошипел он и повернулся к Наташе. На его лице проступили вены – верный признак ярости. — Посмотри, что твоё лицо сделало с её руками! — рявкнул Кайден так громко, что я дернулась.

Три челюсти отвисли одновременно – моя, Линды и Наташи.

— Н-но это она ударила меня! — пробормотала Наташа.

Я думала то же самое. Это я была виновата. Конечно, Наташа сказала ужасные вещи, но мои действия были неоправданны.

Кайден был в ярости из-за того, что лицо Наташи травмировало мои руки, но он был не менее зол на меня.

— У тебя распухли руки, Роза. Ты хочешь провести остаток круиза в медблоке? Если ты хотела её ударить, почему не попросила Линду сделать это?

Я уставилась на него, ошеломлённая. Я ожидала, что он отчитает меня за неподобающее поведение, но он злился из-за того, что жестокость по отношению к другому человеку оставила на мне травмы.

— Больно? — спросил он, поглаживая большим пальцем мою ладонь.

Я потрясенно покачала головой.

Затем его гнев обрушился на Линду.

— Почему ты её не остановила? — рявкнул он.

Линда выпрямилась.

— Э-э…

— Она пыталась меня остановить, но я была слишком быстрой, — тут же вмешалась я, не желая, чтобы женщина потеряла работу из-за меня.

— Я удерживаю оплату за сегодняшний день. Это твоё первое и единственное предупреждение.

Линда метнула сердитый взгляд на Наташу, женщину, по чьей вине её лишили денег. Казалось, она тоже была в двух секундах от того, чтобы набросится на стилистку, но сдерживалась, чтобы не направить свой гнев на Кайдена. Вместо возражений она извинилась:

— Простите, сэр. Этого больше не повторится.

Кайден подвел меня к дивану, бросив через плечо приказ Линде:

— Принеси пакет со льдом из холодильника.

Она побежала за компрессом. Наташа завыла, требуя, чтобы кто-нибудь помог ей подняться, потому что она едва могла стоять. Линда же просто перешагнула через неё, чтобы поскорее вернуться со льдом к Кайдену.

Его челюсть сжалась, когда я зашипела от прикосновения льда. Он снова взглянул на Наташу, его ярость бурлила, как раскалённая лава.

— Ты за это заплатишь. — Он кивнул Линде, которая, казалось, только и ждала невысказанного приказа. — Брось её в карцер.

Карцер.

Должно быть, я провела много времени в круизах, потому что мне потребовались считанные секунды, чтобы вспомнить значение этого слова. Карцер – это временная камера для пассажиров или членов экипажа, совершивших серьезные правонарушения. На большинстве судов есть небольшая охраняемая комната – вроде тюремной камеры, – где задерживают людей за нападение или хранение наркотиков до прибытия в следующий порт. Там нарушителей либо передают местным властям, либо же высаживают и оставляют добираться домой самостоятельно.

— Нет. Пожалуйста, доктор Максвелл, — взмолилась Наташа громким шёпотом. — Пожалуйста, не делайте этого.

Вина утянула меня на самое дно.

В карцере должна была быть я, а не она. Наташе требовалась срочная медицинская помощь, а не одиночное заключение. Я не могла напасть на нее и позволить ей понести наказание за мои поступки.

Линда шагнула вперёд. Не успела я осознать, что происходит, как она схватила Наташу за руку и подняла её на ноги. Стилистка вырвалась из её хватки и снова упала на пол, протягивая руку к Кайдену.

— Пожалуйста, доктор Максвелл! — запричитала она, но Линда снова схватила её, прервав мольбы. На этот раз она потащила Наташу по полу к двери. Женщина сопротивлялась изо всех сил, превращая всё в жестокую борьбу.

— Боже мой, — вскрикнула я. — Прикажи Линде остановиться.

Кайден безучастно наблюдал за разворачивающейся сценой.

— Так охрана обращается с теми, кто создаёт проблемы. Я не хотел бы вмешиваться в их протокол.

Он намеренно прикидывался непонятливым. На этой яхте он был законом и мог прекратить страдания женщины одним щелчком пальцев. Линда была в ярости из-за потери дневного заработка и винила в этом Наташу. Она действовала излишне грубо, а Кайден позволял этому происходить – в наказание за мои травмы.