Она коротко усмехнулась.

— Искусство скрывать свою силу — первое, чему учат в моей семье. Уже на второй звезде, если бы я не хотела, чтобы ты меня почувствовал, ты бы не заметил моего присутствия, даже если бы упёрся в меня лбом.

— А почему ты решила, что я справлюсь с этим импульсом? — спросил я, возвращаясь к сути нашей миссии. — Ты сказала, что видела, как я работаю. Но я не всегда был аккуратен.

— Потому что ты не просто направляешь Ци, — она, наконец, обернулась, и в её глазах горел интерес настоящего мастера, видящего перспективный материал. — Ты её чувствуешь и видишь.

Её проницательность была пугающей. Надеюсь, она не догадается о Юнь Ли.

— Ладно, у каждого есть свои секреты и демоны, Хань, — тихо сказала она. — Главное, что наши дороги сейчас совпадают.

Она снова повернулась спиной, давая понять, что разговор окончен. Я не стал настаивать, но её слова лишь укрепили мои подозрения. Что-то тут было не так.

Мы шли ещё несколько часов, и по мере продвижения вглубь предгорий местность становилась всё более негостеприимной. Воздух становился холоднее, а дорогу то и дело преграждали каменные осыпи и глубокие расщелины, от которых веяло влажным холодом. Именно на одном из таких узких скальных карнизов и поджидала первая настоящая проверка нашего случайного союза.

Из расщелины ниже с шипением вынырнули три тени — Древние Ущельники, хищные ящерицы с каменной шкурой, сливающейся со скалой. Их длинные когтистые лапы цепко хватались за камень, а пасти источали запах гнили и камня. Звери второй звезды.

Я уже приготовил тесак, но Сяо Бай оказалась быстрее.

— Левая — твоя! — бросила она, и в её голосе не было ни капли сомнения или страха, лишь холодная командная чёткость.

В тот же миг её пальцы взметнулись, выхватывая из складок платья четыре тонкие серебряные иглы. Она не стала целиться, её руки совершили два коротких, хлёстких движения. Иглы, свистнув, впились прямо в глаза центральной и правой ящерице. Те взревели от боли и ярости, ослеплённые, начали метаться по узкому карнизу, сбивая друг друга.

Моя цель, левый Ущельник, воспользовался суматохой и рванулся ко мне. Его каменная пасть распахнулась, чтобы перекусить мне бедро. Но я был уже не тем новичком, что боялся каждого духовного зверя. Мир передо мной словно замедлился. Я видел, как его мускулы напрягаются перед прыжком, как энергия Ци сгущается в его когтях.

Вместо того чтобы отскакивать, я сделал шаг навстречу. Мой тесак описал короткую дугу — не широкий «Рассекающий Горизонт», а быстрый, точный удар, усиленный тонким слоем Ци. Остриё вошло точно в основание его черепа, в крошечный зазор между каменными пластинами. Ящерица рухнула к моим ногам, не успев даже издать звук.

Я окинул взглядом поле боя. Два оставшихся Ущельника, ослеплённые и обезумевшие от боли, в ярости набросились друг на друга, раздирая когтями каменную шкуру. Сяо Бай, не тратя времени, двумя меткими выстрелами из лука добила их, поразив каждую в уязвимое место под левой передней лапой.

Всё закончилось за считаные секунды.

— Неплохо, — сказала она, подходя ко мне. На её лице не было и тени усталости, лишь лёгкое удовлетворение. — Координация приемлемая, но ты замешкался, не зная, что делать с двумя подранками.

— Ты тоже отлично сражаешься, но доверяешь незнакомцам прикрывать тебя, — парировал я, вытирая клинок о шкуру ящерицы.

Её губы тронула лёгкая улыбка.

— Я доверяю своим инстинктам. А они говорят, что ты не ударишь в спину. По крайней мере, пока наша сделка в силе. — Она наклонилась, чтобы осмотреть одну из туш. — Каменные железы у них под правой передней лапой. Я слышала, что они достаточно сильно ценятся алхимиками. Бери, если хочешь.

Я кивнул и принялся за работу, отмечая про себя, насколько слаженно мы сработали. Это было странное чувство. Несмотря на всю подозрительность и недоговорённости, в бою мы действовали как отлаженный механизм. Она видела поле боя иначе, чем я, её восприятие было более стратегическим, пока моё — тактическим и сфокусированным на уязвимостях. Вместе мы покрывали слабости друг друга.

Пока я извлекал железы, Сяо Бай стояла на страже, её взгляд блуждал по скалам. Казалось, она что-то искала. Или кого-то.

— Ты думаешь, что за нами следят? — спросил я прямо, закончив с трофеями.

Она медленно повернула ко мне голову.

— В этом мире, Ли Хань, за такими, как я, всегда следят. Вопрос лишь в том, насколько они терпеливы и когда решат нанести удар. А пока, — она махнула рукой в сторону седловины между двумя пиками, — нам нужно успеть до заката. Энергетические штормы в этих горах по ночам — это не то, что бы я хотела встретить на открытой местности.

Мы продолжили путь, и к вечеру второго дня пейзаж окончательно сменился. Перед нами открылась долина, усеянная гигантскими кристаллическими образованиями, которые отражали заходящее солнце миллионами бликов. Воздух звенел от сконцентрированной энергии земли, а под ногами хрустел кварцевый песок. Мы достигли Хрустальных пещер.

Воздух в Хрустальной долине был холодным, влажным и тяжёлым для дыхания. Каждый вдох обжигал лёгкие концентрированной Ци земли. Мы двигались к месту будущей стоянки, и я не мог отделаться от ощущения, что Сяо Бай сканирует окрестности не только на предмет угроз, но и на наличие чего-то иного. Её взгляд, обычно холодный и собранный, сегодня был каким-то рассеянным.