Ну, вот и как так вышло, что мне больше не с кем посмеяться?

Увлеченная танцами, я все детство и юность провела в зале. А в спорте, если уж откровенно, человек человеку волк. И это чудо, что мы подружились со Светкой, хотя теперь, конечно, понятно, что и в этом случае поговорка пришлась к месту. Был еще Маратик. Но это не то. Во-первых, он мальчик, во-вторых – мусульманин, со своими представлениями о роли женщины, которые слабо коррелировались с моими. Словом, близости в истинном понимании этого слова между нами так и не возникло. Мне бы даже в голову не пришло начать изливать ему душу или делиться потаенными мыслями.

А еще были друзья семьи. То есть изначально друзья Ильи, конечно. Но после его гибели я не нашла в себе сил поддерживать с ними отношения. Так что приближающийся праздник нам с дочкой предстояло встретить в одиночестве и тревоге. Глуша ее, я включила радио. Ведущие поздравляли слушателей с наступающим, желали любви, тепла и исполнения желаний. Может, это намек? Может, мне тоже стоит загадать что-нибудь? А я даже не знала, что – все мои мечты как будто умерли вместе с мужем. Ну не просить же у Вселенной тупо денег на жизнь?

Ночь я почти не спала. Снился Илья... Он смеялся, стоял у окна в своей старой футболке и звал меня смотреть фейерверки. Я шла к нему, но расстояние между нами лишь увеличивалось. Когда-то Илья пытался мне объяснить, почему человек никогда не сможет преодолеть скорость света. Штука заключалась в том, что чем выше становилась скорость объекта, тем тяжелее он делался, и тем больше энергии требовалось на его дальнейшее ускорение. А еще при достижении скорости света, согласно математическим расчетам, время полностью останавливалось. Это означало, что для самого движущегося тела «движение дальше» просто переставало существовать. Может, я потому и не могла подобраться к Илье?

Проснулась в темноте, с мокрыми от слез щеками, и долго не могла отдышаться.

К утру стало легче, но это было то самое состояние, когда на страдание просто не осталось жизненных сил. Я собрала волосы, натянула пальто, одела Дашку, застегнув молнию ее комбинезона до подбородка. И решила, пока у меня есть хоть какие-то деньги, сходить в магазин и купить подарок для дочери. Я бы себя не простила, если оставила ее без подарка…

Телефон зазвонил, когда я зависла у витрины с пестрыми развивающими игрушками. Номер был незнакомым.

– Да? – осторожно произнесла я.

– Ида? Привет. Это Костя. Костя Морозов.

Друг Ильи. Тот самый, с которым они вместе катались на сноубордах, потом часто зависали у нас, спорили о фильмах, смеялись и обсуждали новые стартапы. После похорон он пытался удержать меня на своей орбите, но, поняв, что я безнадежна, сдался. С тех самых пор я ничего о нем не слышала.

– Ты, что ли, номер поменял? – спросила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

– Тебе честно?

– Конечно.

– Не менял. Просто взял телефон у знакомого, опасаясь, что ты опять сольешься, а у меня для тебя, между прочим, прекрасные новости! Мы могли бы встретиться?

Я замерла. Прекрасные новости? Для меня? С губ сорвался испуганный смешок.

– Костя, ты меня пугаешь. Что случилось?

– Ничего плохого, наоборот. Просто я тебе лучше при встрече все выложу. Вы в городе, или рванули в отпуск?

– Да какой там! Тут я.

– Тогда как насчет обеда? Я угощаю!

За время разговора я сумела выйти из магазина и по случайности остановилась как раз у входа в когда-то любимый ресторан.

– Ну-у-у… Я как раз в *-Плаза. Если тебя не смущает общество Дашки – подъезжай.

– Буду минут через тридцать. Нормально?

– Отлично. Как раз успею выбрать ей новогодний подарок.

Я отбила вызов и нервно закусила губу. Стало ужасно стыдно за то, что лучший друг нашей с Ильей семьи был вынужден прибегать к таким уловкам, чтобы я его выслушала. Да, мне было больно. Но так ведь и для наших друзей произошедшее стало шоком. Стоило ли их отталкивать от себя? Может, и нет. Но иначе я не могла. Так надо ли ругать себя за то, что просто выживала, как получалось?

И все же интересно, что у него там за новости?

Костя опоздал минут на десять, но я, погруженная в свои мысли, того даже не заметила.

– Идка, – улыбнулся. – Боже мой... А куда делись твои роскошные волосы?

Я взметнула руку к голове, растерянно потрогав короткие прядки. Сейчас волосы уже отросли. Летом я даже сходила в парикмахерскую, чтобы придать какую-то форму прическе. А вот сразу после похорон я обкорнала себя сама. Было все равно, как это выглядело – лишь бы покороче. Чтобы никто меня не мог оттаскать за волосы, как это сделал убийца Ильи… Так что уже год я не носила длинных волос, но все равно помнила те жуткие ощущения. Не болезненные ничуть – адреналин в моменте лупил в венах так, что боли я совершенно не чувствовала. Только животный страх. Его было сколько хочешь.