Общими усилиями мы расколотили крепкую черепную коробку Кровожадного Танка за несколько минут. В принципе, ничего удивительного, что у такого большого монстра мозг оказался непропорционально мал, для его жизнедеятельности большего и не надо. Однако больше трёх килограмм к моей ноше добавилось, а хоть я и доверяю своим парням, но этот трофей должен нести сам лично и за него отвечать. Да и не заметно было, чтобы кто-то обиделся.

Кристаллы из глаз монстра я достал сразу, чтобы не нести лишнее. Скрывать от кого-то ценную добычу не имело смысла. Время нам вполне позволяло ещё поохотиться, но мы уже набрали добычи столько, что больше тащить на себе станет проблемой. Поэтому мы в молчаливом согласии направились в сторону выхода из Аномалии.

Федя достаточно нарезвился в лесу, плотно перекусил, что я видел по его довольной и сытой мордочке, а теперь сидел у меня на плече и облизывался. По пути к большой тропе нам попадались в небольшом количестве Игольчатые волки и Спрутолисы, у которых было два пути: вовремя убежать или лишиться жизни. Чаще всего они почему-то предпочитали второе.

Пройдя через северные ворота, я отправил ребят по домам, а сам пошёл в сторону госпиталя, чтобы сразу передать Герасимову из рук в руки новые образцы из Аномалии. Прохожие, так же, как и медсёстры в госпитале, провожали удивлёнными и брезгливыми взглядами пакет, в котором я нёс мозг Бронированного танка.

Герасимова я встретил в коридоре, зато не пришлось объясняться по поводу своей добычи с коллегами, особенно перед вечно недовольным Василием Анатольевичем. Шеф увидел содержимое моего пакета и настороженно посмотрел в глаза.

— Это то, о чём я думаю? — по-заговорщицки тихо спросил заведующий.

— Думаю, да, — кивнул я.

— Тогда идём сразу в лабораторию, — он подхватил пакет с мозгом и мы быстрым шагом направились в сторону царства алхимии, которое сейчас на некоторое время станет королевством гистологии.

Дверь в лабораторию Герасимов открыл резко и без стука. Сидевшие перед работающей установкой Евгения и Константин подпрыгнули от неожиданности, но благо ничего у них из рук не выпало, а то вышло бы неудобно.

— А чего это вы так дёргаетесь? — ехидно поинтересовался Анатолий Фёдорович. — Опять веселящее зелье варите?

— Что вы такое говорите, Анатолий Фёдорович?! — возмутилась Евгения, слегка покраснев. Потом увидела меня и едва заметно улыбнулась. — Таким безобразием я здесь не занимаюсь.

— Дома варишь? — хмыкнул заведующий, как всегда, выдавая шутки, пребывая на своей волне. Мы все к этому настолько привыкли, что даже не обращали внимания. — Да ладно, расслабься, уж и пошутить нельзя. Так, Костя, ты на выход, здесь взрослые будут работать.

Константин тут же вскочил со стула и пошёл в сторону двери, поздоровавшись со мной по пути. Герасимов осторожно выложил мозг Кровожадного танка на стальной лоток.

— Итак, приступим, — потирая руки, сказал мой наставник и потянулся к мозгу, но тут же спохватился и достал из стола перчатки.

— Ваня, а тебя в этих мозгах ничего не напрягает? — спросил Герасимов, медленно покрутив перед собой лоток.

— Догадываюсь, что тут что-то не так, — ответил я. — Но мне не с чем сравнивать, мозг других Танков я не видел, а сравнивать с мозгом Леших или ещё кого-то — не совсем то. Сами понимаете.

— Хорошо, а если так, — заведующий достал с полки шкафа папку, которую я никогда не трогал, покопался в ней и нашёл нужное фото. — Посмотри сюда и на то, что ты видишь на лотке.

— Мне кажется, извилин немного прибавилось, — сказал я, сравнивая добытый мной мозг со снимком.

— Всё верно, — кивнул Герасимов. — И борозды стали глубже, но на фото этого не видно, по памяти говорю. Этот мегакабан явно умнее своих сородичей, которых я исследовал раньше. По крайней мере, потенциал у этого куда выше.

— Ну не такой уж он и умный, — усмехнулся я. — Всё равно вышел на нас, а не стал скрываться, хоть и вёл себя поначалу осторожнее обычного.

— Об этом я и говорю, — махнул рукой Анатолий Фёдорович. — А ты чего ждал, что кабан будет тебе интегральные уравнения решать или философов древности цитировать?

Евгения прыснула от смеха, но тут же зажала себе рот рукой. Я тоже улыбнулся, представив себе, как этот гигант выводит на песке сложные формулы копытом, а потом им же почёсывает себя за ухом.

— Смейтесь, смейтесь, — тоже улыбаясь, сказал заведующий, а потом с совершенно серьёзным лицом добавил: — Если так дело и дальше пойдёт, то потом всем станет не смешно. Дело — дрянь. Надо собрать больше доказательств вмешательства человека в Аномалию, потом попробую всё это аргументированно изложить… своему высшему начальству.