Она перекатила его на спину, задрала подол его туники и оседлала его. Опускаясь на него, она услышала:

— Ох! Как же хорошо!

— С тем, кто нужен, всегда так, — ответила она и на какое-то время оба лишились дара речи.

*

Когда Сефт проснулся, было ещё темно. Птицы ещё не пели, для этого было слишком рано, но он слышал плеск близкой реки. Рядом он чувствовал Ниин, её мягкое тёплое тело, прижавшееся к нему, её ногу и руку, перекинутые через него. Ему было холодно, но всё равно. Он обнял её.

Она заворочалась и открыла глаза. Глядя на него, она погладила его по щеке.

— Моя сестра говорит, что ты похож на Богиню Луны, — прошептала она.

Он улыбнулся.

— А как выглядит Богиня Луны?

— Бледная и прекрасная, с губами, созданными для любви. — Она поцеловала его.

Он сказал:

— Полагаю, теперь мы пара.

Она села.

— Что ты имеешь в виду?

— Что мы будем жить вместе и растить детей.

— Погоди, — усмехнулась она.

Он растерянно нахмурился.

— Но после прошлой ночи…

— Прошлая ночь была чудесной, и мне очень хорошо с тобой, — сказала она. — И я хочу повторить это сегодня. Но давай не будем торопить наше будущее.

Он не понимал.

— Но ты же можешь забеременеть!

— Вряд ли, всего после одной ночи. В любом случае, это в руках Богини Луны, которая правит всем, что касается женщин. Если она захочет, чтобы у нас были дети, так тому и быть.

— Но… — Он был в полном замешательстве. — Это как-то связано с Энвудом?

Она встала.

— Слушай. Ты слышишь то же, что и я?

Он замолчал и уловил далёкий гул голосов и шагов множества людей.

— Все просыпаются, — сказала Ниин. — Идут к Монументу.

Сефт был сбит с толку, но не знал, что сказать, как заставить её развеять его сомнения. Он пошёл за ней к реке, где они напились холодной свежей воды и быстро умылись. Затем они вернулись в селение и присоединились к толпе, направлявшейся на запад. Все возбуждённо переговаривались в предвкушении великого события.

Дом Ниин был пуст, все её родные уже ушли. Она зашла внутрь и вышла с двумя кусками холодной варёной баранины. Один она дала Сефту, и они жевали мясо на ходу.

Сефт утешал себя мыслью, что она обещала провести с ним ещё одну ночь. Значит, у неё всё с ним серьёзно. И, может быть, они ещё поговорят о том, чтобы стать парой, и он начнёт понимать её мысли.

За селением все пошли по прямой тропе на юго-запад. Коровы недовольно посторонились, когда толпа хлынула за пределы утоптанной тропы. Люди говорили тихо и ступали мягко, словно боясь разбудить спящего бога, но их общий гул всё равно напоминал шум реки, низвергающейся по каменистым порогам.

Тропа вела прямо ко входу в Монумент. Люди сидели внутри, лицом ко входу, откуда они пришли, глядя в том направлении, где в это время года всходило солнце. Жрица выгоняла свиней.

Круг заполнялся. В толпе Сефт и Ниин не смогли разглядеть Ани, Джойю и Хана. Ниин предложила пойти на дальнюю сторону и сесть на гребень земляного вала, откуда всё будет видно.

Круг был шагов сто в поперечнике. Сразу за валом шло кольцо из вертикальных камней, расставленных более или менее равномерно, каждый чуть выше рослого мужчины. Сефт не смог бы их сосчитать. Их поверхности не были ни обработаны, ни сглажены. Камень имел голубоватый оттенок, и Ниин сказала Сефту, что их называют Голубыми камнями.

В центре пространства находился деревянный круг, и он был совсем другим. Сефт присмотрелся и различил большое кольцо из древесных стволов, более высоких, чем Голубые камни. Сверху деревянные столбы были соединены перекладинами, образуя сплошной, идеально ровный круг. В отличие от Голубых камней, эти деревянные конструкции были вырезаны с величайшей точностью, а их поверхности — гладко отшлифованы. Плотник в душе Сефта восхитился работой, но усомнился в её прочности. Если обезумевшая корова бросится на один из этих стволов, какая часть круга рухнет? Без сомнения, люди старались не пускать коров в священное место.

Внутри этого круга Сефт разглядел второй, поменьше. Это был овал из отдельно стоящих пар столбов, у каждой пары была своя перекладина, но они не были соединены с другими. Они были обработаны столь же тщательно, но были ещё выше.

Он сразу почувствовал, что главными были именно деревянные кольца. По сравнению с ними внешнее каменное кольцо казалось случайным и грубым. Сефт подумал, не было ли оно древнее и не возвели ли его менее искусные мастера.

Толпа на удивление притихла, ощущая святость места. Сефт ощущал атмосферу напряжённого ожидания. Он бывал здесь уже раньше и видел, как жрицы проводят Весеннее Равнопутье, но это событие было явно важнее, и толпа была куда больше. Середина лета была концом старого года и началом нового. Сегодня все стали на одно лето старше.