— Тогда мы должны отстроить его в камне.

По толпе прошёл ропот. Джойа подумала, что их реакция была смесью удивления и одобрения. Сама она была в восторге от идеи и ей бы хотелось, чтобы она была реализована. Неужели был хоть кто-то, кто этого не хотел?

Далло выглядел сомневающимся.

— Позвольте уточнить. Вы говорите о каменном Монументе, который в точности повторяет старый деревянный?

— Это было бы необходимо. Монумент был тщательно спроектирован для выполнения совершенно определённых задач. Замысел нельзя менять.

Далло скептически покачал головой.

— Камни такого размера очень трудно перевозить, возможно, даже невозможно.

Су указала на древнее кольцо камней сразу за земляным валом.

— Голубые камни сюда доставили.

— Вы знаете, откуда они?

— Наша песня говорит, что они пришли из места в шести днях пути к северо-западу отсюда, из каменоломни у моря.

Лицо Далло выражало сомнение в правдивости старой песни, но он сказал:

— И как же их перевезли?

— По воде.

— Ах. Если бы это было возможно. Много лет назад Восточная Река, может, и была глубже и шире, но сегодня плот, достаточно широкий, чтобы выдержать Голубой камень, не пройдёт по её изгибам и узким местам.

Су настаивала:

— Камни есть по всей Великой Равнине.

— Это правда. Но большинство из них недостаточно велики, чтобы заменить ваши деревянные столбы. А те, что подходят, придётся тащить сюда много дней, откуда бы они ни были.

Джойа заметила, что Сефт внимательно слушает разговор, и теперь он вмешался:

— Есть место, где много больших камней — больше, чем понадобится, чтобы отстроить Монумент.

Все посмотрели на него.

— Где? — одновременно спросили Су и Далло.

— В Северных Холмах, немного дальше шахты, где работает моя семья. Я хорошо знаю это место. Я называю его Каменистой Долиной.

Наступило задумчивое молчание.

— Я мог бы вас туда отвести, — сказал Сефт.

*

Сефт вёл отряд, Ниин шла рядом с ним. Далло взял с собой пятерых своих Умельцев. Су не могла одолеть долгий путь, поэтому пошла её заместительница, Элло, взяв с собой Инку и Джойю. К группе присоединились старейшины Ани, Кефф и Скагга. Около дюжины селян увязались за ними из любопытства.

Путь занял целый день, и солнце уже взошло, когда они отправились в дорогу, так что к их приходу в Каменистую Долину уже смеркалось. Сефт хотел, чтобы вид множества камней их поразил, но в сумерках они разглядели лишь несколько, и прибытие вышло смазанным.

Они разожгли костры и поели копчёного мяса, которое принесли с собой, а затем улеглись спать прямо в своих туниках. Лето почти кончилось, и ночной воздух был прохладен. Сефт и Ниин лежали вместе. Уставшие от долгого пути, они тут же уснули.

Когда Сефт проснулся, было уже светло. Некоторые уже бродили среди камней, дивясь их размерам и гладкости. Их были сотни, некоторые лежали один на другом. «Возможно, давным-давно все они лежали на ровном поле, — вообразил Сефт, — а Бог Земли поднял края этого поля, и камни скатились в середину, оставив склоны холмов для пастбищ».

И что это были за камни! Некоторые из них, должно быть, весили как целое стадо коров. Они были серого цвета, хоть и частично покрыты мхом и лишайником.

Сестра Ниин, Джойа, была явно взволнована.

— Они великолепны! — сказала она. — Самые большие камни, что я когда-либо видела.

— Я тоже, — сказал Сефт.

— Новый Монумент должен быть построен из них!

— Я тоже так думаю, — сказал Сефт. — Но нам нужно убедить Далло.

Они огляделись и заметили Далло, задумчиво разглядывавшего один из самых больших камней. Они подошли к нему. Камень был длиной в четырёх человек и шириной в рост одного.

— Я хочу знать, какой он толщины, — сказал он.

Камень частично ушёл в землю.

— Нам нужно будет его обкопать, — сказал Сефт. Он завёл привычку носить с собой сумку с несколькими необходимыми инструментами. Теперь он достал из неё бычью лопатку, которой было удобно копать. Он опустился на колени и начал рыхлить землю вокруг камня. Джойа подобрала палку и сделала то же самое. К ним присоединились ещё несколько человек.

Когда работало около дюжины людей, им не потребовалось много времени, чтобы определить толщину камня. Он был примерно вдвое тоньше своей ширины.