Некоторые из женщин согласно зашумели.

Рин мрачно посмотрела вдаль.

— Не представляю, как этого можно было бы избежать, — сказала она.

Пиа увидела две фигуры, приближавшиеся по Полосе. Когда они подошли ближе, она узнала их. Одним был Трун, предводитель земледельцев, которого звали Большой Человек, что было смешно, потому что он был довольно маленького роста, хотя и восполнял это властным криком. Другим был его приспешник, Шен.

Трун был отцом Стама, и тот взволнованно подбежал к нему. Трун погладил мальчика по голове и кивнул его матери, Катч. «Она робкая», — подумала Пиа, — «наверное, потому что её муж такой властный».

Мать Стама и отец Пии происходили из одной семьи, поэтому Стам и Пиа были двоюродными братом и сестрой. Она только недавно узнала, что на самом деле значит «двоюродный».

Большинство людей боялись Труна, но Яна — нет.

— Что, во имя всего святого, вы наделали? — сказала она.

Другие женщины подошли поближе, чтобы послушать разговор. Яна рисковала, критикуя Труна. Сами они бы не осмелились, но были рады видеть, что она ему противостоит.

Трун, казалось, обиделся на её тон, но лишь сказал:

— Я прибавил нашей общине пахотной земли. Она нам нужна. — Он обвёл взглядом слушавших его женщин. — Вы, женщины, всё рожаете. С каждым годом ртов становится всё больше.

Такой ответ Яну не устроил.

— Эта земля была пастбищем для скотоводов. Она служит проходом для их скота к реке в обход леса. Они придут в ярость.

— Ничего не могу поделать. Эта земля нам нужна.

— Ты поступил безрассудно. Скотоводы этого так не оставят.

Пиа видела, что женщины были поражены настойчивостью Яны.

— Предоставь этот вопрос мне, — сказал Трун с таким видом, будто это он, а не она, получает нагоняй. — Не беспокойся.

— Я-то побеспокоюсь, и ты тоже, если из-за этого начнётся война. На каждого земледельца приходится по меньшей мере десять скотоводов. Нас просто сметут.

— Они никогда на нас не нападут. Скотоводами правят их женщины. А они слишком трусливы и нерешительны.

— Надеюсь, ты прав, — сказала Яна.

*

Ани гадала, чем занимались мужчины-земледельцы, отсутствовавшие на Обряде Середины Лета, и теперь она получила ответ.

Срочные вести часто доставляли быстроноги, в роли которых выступали юноши и девушки, способные пересечь Великую Равнину меньше чем за полдня. Через два дня после Обряда Середины Лета в Излучье прибыл быстроног от скотоводов с запада с посланием для старейшин. Земледельцы захватили большой участок пастбищ и вспахали землю, подготовив её к севу.

Земледельцы были воинственны. Ани считала, что причина в их постоянной борьбе за выживание, ведь один-единственный неурожайный год мог их погубить, тогда как стада могли пережить два, а то и больше засушливых лета. К тому же молодые женщины земледельцев рожали по упитанному младенцу каждое лето или два, возможно, по причине того, что питались в основном зерном и сыром. Женщины-скотоводы, питавшиеся мясом и дикими травами, были более поджарыми, и, возможно, поэтому рожали реже, примерно раз в четыре лета.

Старейшины собрались в Излучье, у кругов из древесных стволов, чтобы обсудить новости. Но они быстро поняли, что, прежде чем принимать какие-либо решения, им нужно самим увидеть, что натворили земледельцы. Поэтому они договорились, что на следующий день к Полосе отправится делегация. Выбрали троих самых деятельных старейшин: Кеффа, Ани и Скаггу.

Путь был долгим, но Ани наслаждалась яркими полевыми цветами, бескрайней травой и огромным синим небом. Живя в большом селении у реки, она могла позабыть о великолепии Великой Равнины. Она считала, что ей повезло здесь жить.

Предки людей Великой Равнины хоронили своих мёртвых в укрытых землёй гробницах. Такие холмики, курганы, были повсюду, но больше всего их было у священного Монумента. Проходя мимо них, Ани гадала, почему предки так делали и как этот обычай сошёл на нет. Нынешние люди сжигали своих мёртвых. Иногда они развеивали пепел, иногда хоронили, но гробниц не строили.

Отправляясь в поход, Ани надеялась избежать ненужной битвы и тем самым уберечь многих от погребального костра.

Они добрались до земель земледельцев ближе к вечеру, но у них было достаточно времени и света, чтобы впервые взглянуть на то, что те наделали.

Южная Река образовывала южную границу равнины. Параллельно реке тянулся длинный узкий лес. Между рекой и лесом лежала плодородная почва, что и делало возможным земледелие. В этой лесной полосе и находился проход, называемый Полосой, который отделял Восточный Лес от Западного и давал стадам доступ к реке.

Или давал раньше. Теперь на этом месте была пашня.

Мужчины-земледельцы использовали сохи-царапки, вероятно, впрягаясь по двое в каждую, чтобы вскрыть покрытую травой почву. Затем они переворачивали дёрн деревянными лопатами. Это позволяло семенам уйти в землю. В это время года они, скорее всего, посеют ячмень — он быстро растёт.