Кайф! Чистый кайф!

Не знаю, сколько бы я так простоял, словно конченый токсикоман, накачивая себя любимой дурью, если бы не услышал торопливые шаги по коридору. Именно они привели меня в чувства и заставили ужаснуться собственному поведению.

Боже, какой же я конченый дебил!

Да только чертову благоухающую тряпицу от себя не откинул в гневе, а поспешно сунул в карман куртки и напрягся всем телом до предела, предвкушая нашу встречу. И я ликовал! Черт возьми, никак иначе я бы не смог назвать то чувство, что обуяло меня, когда глядел по сторонам, шарил глазами по каждому укромному уголку ее спальни, а присутствия парня обнаружить так и не смог. Даже близко. Ни единого чертового намека на то, что он вообще здесь когда-либо был.

Забавно, да?

А я-то успел поверить. И малость впечатлиться. Даже, грешным делом, размышлял пару бессонных ночей, гадая, что именно Золотова нашла в этом великовозрастном увальне, фотографиями с которым был переполнен ее аккаунт в сети? Потом почему-то взбесился. Сильно. А затем плюнул на все и подкатил к Хлебниковой. После сам себе, конечно, мысленно сотню раз втащил за это малодушие, но отказаться от бесплатной поставки инсайдерской информации уже не смог.

— Странно, Яна трубку не берет, — нахмурилась Маша, а я напрягся и перевел на нее вопросительный, но будто бы непонимающий ничего взгляд, — и Рита тоже.

— И? — дернулся я всем телом, но Хлебникова только покачала головой.

— Не знаю, но...

— Иди на свое место, — рявкнул я, разгоняясь от нуля до сотни всего лишь за жалкое мгновение.

— Но, Тим..., — обиженно поджала губы девушка, да только мне сейчас было вообще не до нее.

— Топай.

Мякиш тут же подхватила свою сумку и побежала на первую парту, где и засопела показательно оскорбленно. Но я лишь пожал плечами, зная, что уже на следующей перемене она будет, словно обезьяна, виснуть на мне и преданно заглядывать в рот.

Скука.

— Не жалко тебе ее? — буркнул Летов, плюхаясь рядом со мной и лохматя свою белокурую башку одновременно с прозвеневшим звонком.

А Золотова так и не появилась, чем привела меня в высшую степень недовольства, если не сказать больше. Что вообще за фигня?

— А должно быть? — удивленно скривился я, запоздало отвечая на вопрос друга.

— Она ж в тебя влюбилась, как кошка.

— Не моя заслуга. Я виду себя как конченый мудак.

— Это им и нравится. Ну, девчонкам.

— И? Я ее к чему-то принуждал? Или, возможно, что-то обещал? Вот уж не припомню. Зато точно знаю, что Хлебникова — девочка взрослая, а потому вольна сама принимать решения. А я? Ну как я могу ей запретить ошибаться в собственной жизни? Пусть косячит на здоровье. Еще вопросы?

— Да ладно тебе на меня так пялиться, — рассмеялся Захар, — я ж просто спросил. А так-то мне вообще насрать.

— То-то же...

Отмахнулся я и наконец-то понял, что Золотова на первую пару уже не попадает. Преподаватель вошла в аудиторию и закрыла ее на ключ, отсекая доступ для опоздавших. А меня в который раз за это утро бомбануло.

Знал бы я, что это только начало...

— А звезда пленительного счастья у нас сегодня где? — покрутил головой Летов по сторонам, выискивая Золотову, но я сделал морду кирпичом.

— Не понимаю, о ком ты толкуешь.

— У нее же вчера днюха была. Ты в курсе, вообще?

Конечно, я в курсе, мать его ети! Даже успел накуролесить по этому поводу знатно и поздравить именинницу от души. А-а-а, как же все это бесит! Невероятно просто!

— Наверное, ушла в крутое пике, — не дождавшись моего ответа, сделал умозаключение Летов.

— Не ушла, — выдавил я из себя сипло, будучи совершенно уверенным в том, что у Золотовой все закончилось пуританским чаепитием дома с подружками.

— Почему?

— Потому что, Захар, — с приличным давлением осадил я друга и на этом месте заставил себя выкинуть все мысли о Золотовой из своей головы к чертовой матери. Да только они, как вездесущие тараканы, каким-то неведомым образом проползали в мою черепную коробку и плодились, словно гребаные кролики.

Ко второй паре прогресс уже был на лицо, и я форменно рычал на все, что попадалось мне под руку: Летова, Хлебникову, и даже Каху, который все пытался ворваться в эфир, оголтело написывая мне в мессенджере.

А я туда вообще соваться боялся, потому что сам себе пообещал, что больше ни за что и никогда не пробью дно, и вообще личная страница Золотовой для меня теперь табу. Все, умерла так умерла...

Но после третьей пары терпение мое лопнуло.

Пиу-пиу-пиу, мать вашу!

Гребаная королева красоты так и не снизошла сегодня до пар в институте, но я еще пытался скормить себе удобоваримую версию, где ее, разорванная в клочья гордость после разговора со мной, просто требует немного покоя и времени на зализать раны.