Снова вспомнил тот вечер, и внутри с полпинка завелось раздражение. Бесило всё: ее ледяные глаза, искривленные в саркастической усмешке губы, неправдоподобная красота, вызывающе манящая фигура и голос, что до сих пор надоедливой навозной мухой звенел в моей голове.

— Ко-ко-ко, дегенерат, маргинал...

Ну, невозможно же просто!

— Тимофей?

Оглянулся. Передо мной стояли две женщины. Одну из них я уже видел прежде — замдекана моего нового факультета. Старушка совсем с седыми волосами оттенка потрепанного баклажана. А вот вторая значительно помоложе и еще мне незнакомая.

Кивнул обеим.

— Это твой педагог по макроэкономике, — продолжила пожилая женщина, — Ляхова Юлия Юрьевна. Она познакомит тебя с группой и кратко введет в курс дела.

— Да меня как бы уже..., — подбородком указал я на Кочеткову и получил одобрительный кивок замдекана.

— Чудесно. Тогда вперед грызть гранит науки, молодой человек.

— Так точно.

— Дайте нам повод гордиться вами.

Я же удержался от того, чтобы не закатить глаза к потолку, а затем поплелся за преподшей в нужную аудиторию, с каждым шагом замечая, как меняется мое состояние: по телу будто бы забродил ток, волоски приподнялись в ожидании первого и теперь уже настоящего знакомства, я весь покрылся колючими мурашками. И только сердце билось ровно, с каждым ударом доказывая, что мне все равно.

Но жутко интересно.

Восторг — это был он. Чистый. Незамутненный. И неописуемый. Никогда прежде меня так не перло просто оттого, что чьи-то глаза расширяются от недоумения, а затем и от ужаса. Клянусь, меня чуть не вывернуло наизнанку от эйфории, когда наши взгляды врезались друг в друга, высекая искры.

Кайф! Кайф!

А я не смог не улыбнуться. Подмигнул этой гадине блондинистой и на душе прямо розы расцвели. Ну до чего же зашибись, а?

И только одно обстоятельство не давало мне сполна насладиться всей прелестью ситуации.

Яна Золотова сегодня была еще красивее, чем то, как я ее запомнил в вечер нашего знакомства. Почти без косметики, в строгой белой блузке с галстуком и заплетенными в косу волосами, она была похожа на гребаного ангела, спустившегося с небес по мою грешную душу.

Чем снова выбесила меня до невозможности! Но тут же и порадовала.

— Мудак! — произнесла она беззвучно и прижала средний палец к губам, посылая мне воздушный поцелуй.

Наверное, она думала, что выведет меня из себя этим глупым поступком, но получилось совершенно диаметральное. Я понял, что этот день уже прожит не зря.

Ну а дальше закрутилось. Ляхова что-то у меня спрашивала, я что-то ей отвечал. Летов на максималках меня рекламировал, пытаясь еще больше раскалить местную королеву тем фактом, что никакой я не маргинал и вовсе не ошибка природы, а очень даже милый мальчик, почти колокольчик. Спортом занимаюсь, учусь неплохо, да и поступил в престижный вуз не потому, что у меня папа камин наличкой топит, а потому что в черепушке у меня, в отличие от некоторых, не кисель, а мозги.

— Клянусь своим левым яйцом, тебя только что прокляли, — тихо рассмеялся Захар, когда я рухнул на стул рядом с ним.

— Думаешь, мне не плевать? — вопросительно приподнял я одну бровь и фыркнул.

— М-м, думаю, нет, — почесал подбородок друг.

— В таком случае, не вижу смысла, чтобы отказывать себе в удовольствии.

— Что задумал?

— Ничего такого, чтобы не принесло мне душевного умиротворения, — пожал я плечами.

— И почему тогда ты смотришь не на Золотову, а на Машку Хлебникову?

— Потому что, — многозначительно улыбнулся я, — и да, спасибо, что напомнил ее имя.

Мы понимающе переглянулись, наконец-то сосредоточиваясь на паре и макроэкономических понятиях. Скука смертная, но, а куда деваться? Так пролетела половина учебного дня. Все стандартно, в общем-то, и так как я себе это и представлял.

Парни притирались. Девчонки заинтересованно косились в мою сторону. Кто-то особенно смелый подходил представиться. Пара красоток с параллели даже оставили свои номера и адрес аккаунтов в сети. Летова передернуло.

— Ну никакого же спортивного интереса.

— Согласен, — кивнул я, но записанные на листке явки и пароли демонстративно засунул в задний карман джинсов и лишь потому, что в это самое время в конце коридора отиралась Золотова и делала вид, что не замечает меня.

Но на большой перемене я понял, что пора действовать. Проходя мимо стола, где сидела блондинка вместе со своей свитой в столовой, я замедлился и кивнул Летову. А затем выдвинул стул рядом с Яной и первым же делом жадно потянул носом, вычленяя из ароматов выпечки и жареной капусты тот самый, от которого меня так торкнуло совсем недавно.

Черт!

Зачем я здесь?

Ах, точно...

— Девочки, — улыбнулся я всем присутствующим и Хлебниковой в особенности, — напоминаю, что в эти выходные я устраиваю тусу у себя в загородном доме.

— Будет жарко, — кивнул Захар.

— Приглашаю всех...

— Никому не интересны твои тупые вписки, Исхаков, — голос Золотовой шибанул меня током, но я лишь оскалился и впился в ее ледяные глаза насмешливым взглядом.

— Кроме тебя, Золотова.

— Что? — скривилась она.