Шучу! Не стало, конечно. И, разумеется, я не отказала себе в удовольствии немного проехаться по ним катком. От души так, с чувством и расстановкой. Ссориться с ними совсем и прекращать общение не входило в мои планы вовсе, ибо тогда мне пришлось бы признать самой себе да и всем вокруг, что выходка Исхакова меня все-таки задела за живое.

А это было совсем не так! Неприятно, конечно, но не смертельно.

И давай я их трепать, как Тузик грелку.

Вот только я никак не ожидала, что где-то в середине моей эмоциональной речи, из-за поворота вывернет тот, кого я отчаянно костерила направо и налево. Не описать, что произошло со мной в следующий момент. Я вся натянулась как струна — до предела. Меня кинуло в бурный восторг оттого, что вот сейчас-то мы и выскажем друг другу все, что накипело за выходные. Снова от души пособачимся с этим мудаком и дышать будет в разы легче.

О да!

Я уже хаотично начала перебирать в голове все те язвительные слова, которые выскажу ему, высмеивая его жалкую персону. И уже было набрала в легкие побольше воздуха, приготавливаясь к старту нашей стычки...

Но тут же замерла, наблюдая за тем, как Тимофей Исхаков, абсолютно не заинтересованно прошел мимо меня. Просто прошел и все! Даже взглядом не удостоил, уткнувшись в экран своего телефона. Да так и скрылся за очередным поворотом, оставляя меня ни с чем.

— Кстати, Катька Кирьянова с параллельной группы всем рассказывает, что они с Тимом встречаются, — видя мой пристальный взгляд, устремленный в спину Исхакова, потянула Ритка.

— Мало ли кто и что говорит, — фыркнула я, удивленно прислушиваясь к себе. Мне почему-то определенно не понравилась эта новость. От слова «совсем».

— Скорее всего, это правда, — уныло потянула Машка, — я видела, как они на вписке поднимались наверх, в спальню. А потом остаток вечера Тим почти от нее не отходил, все зажимал и тискал, пару раз таская по темным углам и...

— И что? — нахмурилась я.

— Соображай, Золотова, — развела руками Хлебникова, — когда девочки дают, мальчики не теряются.

А мне вдруг захотелось ударить, и Машку, и ту самую Катьку, которую я даже не помнила, как выглядит. Сильно! Наотмашь! Вот прям аж руки затряслись. И в голове вдруг зароились ужасно неприятные мысли, одна хуже другой, но все они были только про моего заклятого врага.

В таком разнузданном состоянии я и провела остаток перемены. Слушала подруг, но не слышала, уже даже забывая, что должна была на них злиться и игнорировать, наказывая за их проступок и непослушание мне. А там уж мы вошли в аудиторию, а я украдкой принялась искать в сети ту самую неизвестную мне Катьку Кирьянову.

Кто такая?

Что вообще за девушка, на которую обратил свой ужасный взор Исхаков?

Кому это так чертовски не повезло?

Бедняжка...

— Ребята, все внимание! — где-то на периферии моего сознания послышался голос нашего преподавателя.

— Чего?

— Кто это вообще?

— Ну, ни фига у нее прикид..., — проносился по аудитории гул голосов, и я всего на мгновение отвлеклась, поднимая глаза на девушку, которая стояла рядом с преподавателем. А тот уже представлял ее.

— Внимание! В вашей группе вновь пополнение. Знакомьтесь — это Ангелина Стужева, и теперь она будет учиться вместе с вами.

— Хера себе ангелочек, — скривился Летов, а затем брезгливо поджал губы.

И я с ним в принципе была согласна: на голове у новенькой дреды, левая рука полностью забита замысловатой цветной татуировкой, тут и там виднелся пирсинг, огромные уродливые очки в роговой оправе закрывали едва ли не половину лица, да и сама она одета была по максимуму странно, если не диковато. Но при всей этой странности и нелепости я точно могла сказать, что девчонка была очень даже хороша собой, если бы озадачилась навести марафет, снять с себя мешковатые тряпки и безобразные окуляры с лица.

— Итак, Ангелина, расскажи своим новым одногруппникам немного о себе: откуда ты, чем занимаешься?

— А бы с удовольствием, — пожала плечами новенькая, — но это ведь никому не интересно. Так что давайте опустим.

По группе тут же пронесся одобрительный гул. Летов заржал. Исхаков усмехнулся, даже не глядя на девчонку. И с кем-то рьяно переписывался. Неужели с той самой Катей с нашей параллели?

Блин...

— Ну, почему же никому? — Пытаясь замаскировать неловкую ситуацию, произнес миролюбиво преподаватель, — мне вот, к примеру, очень интересно.

Но девчонка с дредами и тут не растерялась. Хмыкнула и улыбнулась, будто бы ничего и не произошло, а затем выдала базу:

— В таком случае не переживайте, я на перемене подойду к вам и все расскажу, — кивнула, а затем без разрешения двинула вперед, пока не достигла под улюлюканье всей группы задней парты, за которую и уселась с видом абсолютной невозмутимости.

Но никто не собирался ее жалеть. Тут и там, пока она гордо вышагивала, слышались злые смешки и обсуждения. Кто-то из девчонок даже пошел дальше и предложил поставить ставки, как быстро новенькая потеряет голову от первого красавца потока — Летова.