Бой с тройкой врагов уровня Магов Заклятий отнял у него много сил. И поставил на самую грань, на тончайший волосок от гибели — чтобы победить, Пете пришлось не просто выложиться на полную, нет. Ему пришлось буквально сделать шаг за пределы собственных возможностей, причём во всём сразу.

Быстрее плести чары. Лучше читать ход боя. Научиться вкладывать больше сил в заклинания, владеть копьём, использовать артефакты, действовать очень далеко за пределами привычных методов и многое другое. Эта битва дала ему действительно многое, очень многое — гораздо больше, чем могли бы даже многие годы самых интенсивных тренировок. И пусть эта схватка закончилась всего двадцать минут назад, но первые изменения в себе парень уже ощущал — его восприятие дотягивалось дальше, чем прежде, аура стала плотнее и чуть лучше проводила ману…

Глядя, как янычары, в рядах которых помимо положенных таким подразделениям по штату боевых магов шли в весьма немалом числе чародеи шестого и даже седьмого рангов, Петя невольно покачал головой. Рукопашная схватка будет страшной… И там его копью и мастерству индивидуальных схваток нашлось бы немало славной работы.

Однако он остался на месте. Несколько десятков русских орудий на этих холмах действительно играли слишком важную роль, чтобы рисковать ими, оставляя без надёжного прикрытия. Где-то там, в тылу, среди пары тысяч всадников-сипахов, неспешно двигающихся позади пехоты, находился Маг Заклятий. Он явно попробует на зуб их батареи — и тут Петя его и встретит. Разумеется, не в одиночку — здесь же, на холме, находились ещё несколько Старших Магистров и Архимаг из разных Родов.

В миг, когда небеса со стороны Ставрополя озарило алым сиянием, битва за их контроль уже подходила к концу. И, к сожалению, несмотря на все хитрости, уловки, использование накопителей и Источников Магии, верх в ней взяли всё-таки османы.

Нет, русские ещё могли продолжать борьбу, но с каждой секундой это было всё тяжелее… и бессмысленнее.

Воздушные суда турок уступали в технических характеристиках русским, но их было больше. Намного, намного больше — фактически весь сколь-либо боеспособный флот целой великой державы. К тому же численное превосходство дополнялось превосходством магическим — небо было нынче за османами…

Когда две грозные армады двинулись навстречу друг другу, многочисленные вспышки в небе стихли окончательно — ничего больше не сталкивалось и не боролось за право царствовать в бездонных глубинах тёмного эфира. Победитель этой схватки уже готовился к новой, основной. Той, ради которой и шла вся предыдущая борьба…

Лишь неяркое, тусклое и потустороннее алое сияние, не имеющее никакого видимого источника, разгоняло мрак перед высокими башнями замершего, затихшего в ожидании своей участи города. И, разумеется, полная луна, замершая в окружении бесчисленных звёзд — закрывавшие битву от взора небесных светил тучи растворились почти мгновенно, стоило стихнуть схватке, завесой которой они служили.

Первыми в схватку, стремительно набирая скорость, ворвались броненосцы русского флота. Огромные, напоминающие чугунные утюги махины, уступающие в габаритах лишь линкорам и превосходящие даже их своей прочностью, они рвались вперёд подобно стаду обезумевших носорогов, не обращая внимания на встречный огонь из всех стволов турецкого флота. Командующий воздушными силами Российской Империи решил, что пытаться действовать классическими методами при таком перевесе врага во всех аспектах боя — глупо и самоубийственно. И потому решил наплевать на любые мысли об обороне, пойдя не просто в лобовую атаку, но и к тому же сделав это со всей возможной скоростью.

Турки попытались остановить или хотя бы замедлить ход стальных великанов, но им попросту не хватило времени — броненосцы неслись вперёд не только и не столько даже за счёт своих алхимреакторов и двигателей, сколько усилиями многочисленных офицеров-магов. Каждый из них имел на своём борту до двух тысяч человек экипажа, и одних только чародеев среди них было не менее шести сотен. От Учеников до Архимагов — подобные суда комплектовались весьма тщательно… А также имели целый ряд интересных магических систем, позволяющих, например, в случае острой необходимости совершить форсированный рывок вперёд на весьма впечатляющую дистанцию. Что они сейчас и демонстрировали…

Тем временем оставшийся флот перестроился, выдвинув вперёд линкоры, что тут же открыли огонь. За огромными старшими товарищами спрятались суда поменьше, а в самом центре, на острие наступления, летела самая настоящая летающая крепость. Они тоже летели вперёд, пусть и не так быстро, как броненосцы…

Однако контроль неба у турок никуда не пропал. И они тут же показали, что понимают, как пользоваться этим преимуществом — на пути русских судов начали формироваться чудовищных размеров, прямо-таки хтонической мощи воздушные воронки, каждая из которых достигала от километра до двух диаметром. Османы вливали колоссальное количество сил в эту волшбу, что должна была изорвать в клочья вражеский флот. Всё предыдущее противостояние, в котором они упорно, не скупясь на силу и сложность, противостояли сидящим на магических источниках врагам. И всё ради второго слоя этих чар — чар, которые безо всякой натяжки смело можно было причислять к десятому рангу.

Десятки тысяч джиннов-маридов, гениев воздушной стихии, с яростными воплями и хохотом рвались из многочисленных прорех в тканях реальности — в количествах, которые призвать и на постоянной основе поддерживать не смогли бы и все османские маги.

Но здесь и сейчас, после правильно проведённого ритуала, противостояния за власть над небом с сопоставимым врагом и победы над ним — на некоторое, недолгое время они это смогли сделать. И горе всем, кто оказался в этот миг на пути войска маридов… Русский флот сам себя загнал в ловушку, решившись рвануть в эту отчаянную атаку — мощь, с которой пришли в движение воздушные массы, не оставляла никаких шансов даже броненосцам. Ни один корабль, сколь бы прочна ни была его броня, какими бы мощными чарами он ни был защищён, не продержался бы в объятиях впавшей в буйство стихии дольше нескольких секунд — и первый десяток кораблей, в числе которых оказался и один линкор, уже втянуло внутрь и начало рвать и сминать, словно они были из тонкой канцелярской бумаги, а не толстых слоёв прочнейшей зачарованной стали с сибирских шахт.