прослуживший в расположенных под Петроградом частях, в которых порядку отродясь особенно не было, потому как офицеры постоянно пропадали в столице — войн давно нет, даже бояре попритихли, так чего им напрягаться?

И вот дослужившись в таких тепличных условиях до полковника и несколько месяцев назад оказался, когда армии Императора двинулись на встречу англичанам и их демонически ордам, Артюхов оказался в их дивизии. И сразу — начальником штаба, формально вторым человеком в иерархии их подразделения. И вот теперь этот, с позволения сказать, воин возглавит дивизию во время генерального сражения?!

Но поделать было ничего нельзя. И вот они тут, во главе с изнеженным столичным франтом, по какому-то недоразумению носящему форму полковника Российской Империи…

Колонны ворвались внутрь и с ходу ударили по неосторожно подставившим свой фланг румынам. Майор был в третьем ряду, держал наготове своё сильнейшее атакующее заклятие — Пурпурный Пламень. На случай, если их батальон нарвется на сильного противника… В этом мире, в этой реальности правители и вообще все, обладающие силой, вели войны не из уютных кабинетов — нет, они лично выходят на поле битвы, дабы защитить своё… Или отнять чужое — в любом случае, воины видели своих лидеров в бою. И потому уважали…

Румыны быстро откатились назад — их командующий, кем бы он ни был, правильно понял обстоятельства и вывел своих бойцов из-под удара.

— Стоим! — вслух крикнул Деревянко, усилив голос магией. — Отставить преследование! Воины…

Внезапно замолкнув, он с прищуром оглядывая разорвавших строй имперских бойцов, он скривился и, вновь усилив голос, заорал:

— Стоять, вы***дки! Назад, сучье семя!

Да, в экстренных ситуациях высоким, чистым русским языком толпу наглотавшихся боевых стимуляторов сверхчеловеков, закованных в металл от макушки до пят, не остановить. Нужно проявить грубую мощь, уверенность в своих словах… А ещё использовать мат — ведь любой воин Империи знает, что если аристократ орет, используя этот универсальный, понятный каждому народу Империи язык солдатской матершины, значит что-то сильно не так.

И люди начали останавливаться. Не все, но многие, однако Деревянко, бросив взгляд на ротных и коллег командиров батальонов, которые последовали его примеру, но достигли куда более скромных результатов, развея своё боевое заклинание и усили голос уже по настоящему, так, что его услышали на десятка два километров, а то и три:

— Назад, х**сосы зал***головые м***ки! Мать вашу чтоб черты в ж**пу драли, п***расы тупорылые!

На сотню метров вокруг людям, оказавшимися под давлением столь чудовищного вопля, резко поплохело. Усиленные люди, солдаты Империи, коих уже уверенно можно было звать гвардейцами, причем далеко не худшие. Эти отделались шоком, легкой контузий и кровью из ушей — но по-настоящему они не пострадали.

А вот младшие чародеи, не обладающие такой силой и устойчивостью, попросту не успевшие хоть как-то защитить себя… шестеро офицеров его батальона лежали без сознания — все как один Ученики, командиры взводов. Ротные, маги-Адепты, куда более крепкие физически и магически, и когда звуковой удар обрушился на них, им хватило времени защититься. Барьеры против магии Звука были тем, чему обучался любой маг Империи с детства — а аристократы получали ещё несколько других, тоже против редких, но очень опасных видов магии. И чем сильнее, древнее и могущественнее Род, тем более совершенные средства защиты изучали их дети.

Несмотря на весь ущерб, нанесенный его величеству чарами, он был. Ибо рвушееся вперед войского оглядывалось, ища глазами кричавшего.

Получившие даже не помощь, а почти настоящее чудо, выжали из краткой растерянности бойцов. Тумаки, пинки, отборный мат и кое-где вспышки боевой магии, ослабленной, чтобы раскидать воинов, не убивая и особо не раня… В общем, полк остановился — именно они были авангардом.

Румыны не просто отступали — они откатывались, удирая изо всех сил. К их счастью, маги противников были слишком заняты своими людьми, потому ушли они почти без потерь.

Полк за полком вливались в пролом. Все это заняло пятнадцать минут. Собрав воедино свой батальон, что заняло у него лишь несколько минут. Он окинул взглядом выстроенный в боевом порядке батальон и послал мысленный приказ своему заместителю.

Капитан Краснов вышел из строя своей первой роты и подошел к майору.

Игорь, оставляю батальон на тебя, — заявил майор. — Не буду читать тебе лекции, как и что делать, ты парень уже опытный и сам все знаешь не хуже меня.

— Благодарю за доверие, господин майор, — чуть поклонился парень.

Неуспел Деревенко ответить, как ему пришло телепатическое послание от командира полка. Его вызывали на срочное совещание к командующему дивизией. И судя по всему, хвалить его за то, что он спас дивизию от больших потерь и, возможно, разгрома. Что ж…

одернув и поправив доспех, дал на прощанье своему заму несколько советов и, не теряя времени, взлетел.

Генеральное сражение русско-турецкой войны, идущее совсем не так, как ему предполагалось согласно всем военным канонам, представляло собой лоскутное одеяло тысяч отдельных битв, сражений и схваток, каждое из которых жило своей жизнью. Пока в одной части поля боя спешно собравшиеся командиры полков двигались вместе с несколькими комбатами к командующему дивизией, твёрдо вознамерившись разобраться в вопросах командования и не терять более времени зря, в другой его части разворачивалась схватка объединённого отряда гвардий Шуйских, Морозовых и Николаевых-Шуйских против в разы превосходящих их числом нескольких крупных отрядов осман.