Переоделся я прямо в кузне, потому что захватил и лыжи, и одежду для зоны с собой. На воротах удивленному стражнику сказал, что, похоже, потерял защитный артефакт на месте боя. В зону лезть не буду особо, поближе к нужному месту зайду.

В зону я въехал там, где мы из нее прошлый раз выехали, и сразу направился до трупа сугробня, от которого мало что осталось. В качестве оружия я взял с собой один из ранее выкованных длинных ножей. На него серьезно полагаться не стоило, и все же, пока доехал, двух змеюк порезать успел.

Место, где мы сражались, было истоптано, и, похоже, не только нами. Тварь разложилась мало. Все же зона, холод, но другие твари успели погрызть, а не твари — порезать тушу там, где мы ее оставляли целой. Кристаллов, разумеется, никаких я не нашел — если они и были, то их уже успели прибрать другие. А вообще, мог бы об этом я и раньше задуматься: астаховская артель наводила жертву на хищника, на территории которого собирали потом кристаллы. То есть кристаллы должны встречаться в зоне и просто так на месте гибели какой-то твари. И если я ни разу пока не видел валяющихся кристаллов, то это только потому, что на такое желающих и без меня хватало. Приезжали же сюда зачем-то от других артелей? Уж они наверняка в курсе пищеварительных особенностей крупных монстров.

— Ограбили, — недовольно тявкнул Валерон.

— Мы сами оставили, добровольно, — напомнил я.

— Где ж добровольно? Вы оставили, чтобы само рассыпалось, а они ограбили. Сперли наше.

Он слишком явно намекал, чтобы я промолчал.

— Они подобрали то, от чего мы отказались, — возразил я, отрубая голову очередной змеюке.

На голос прут, не иначе. Но у меня глушащего звуки артефакта нет, так что я счел, что лучше прекращать болтать и тихо идти на выход: в моих планах на сегодня была только проверка, но никак не добыча ценных ингредиентов в зоне. Тем более что механизмусов не было слышно, а следов их перемещений не было видно. Откочевали они, что ли, подальше?

Я быстро скользил к границе, а Валерон продолжал возмущаться, что привлекло к нам еще двух масковых снежных змей. А больше, слава богу, никого не привлекло. Результатом похода оказалось пять змеиных шкурок и горстка кристаллов.

— Нужно забрать наше, — не успокаивался Валерон. — Стража на воротах наверняка знает, кто туда ходил.

Мне даже спрашивать ничего не пришлось, поскольку стражник сразу поинтересовался:

— Ну как, нашли?

— Нет, — удрученно ответил я. — Все исходил. Либо отлетело далеко, либо в другом месте посеял.

— У снегиревских спросите. Они туда ходили глянуть на сугробня.

— Угу, и прибрать наши кристаллы, — тихо тявкнул Валерон.

— Так они, поди, сказали бы, если бы чужой защитный артефакт нашли?

— Не факт. На ем же не написано, чей он. Без герба же?

— Без герба, — признал я.

— В трактире они счас.

После такого сообщения оставалось только поблагодарить и направиться к рядом стоящему трактиру. Снегиревская артель действительно сидела за одним из столов и обедала. При виде меня ощутимо напряглись. Я подошел к столику.

— Ничего вернуть не хотите?

— Неа, паря, — вальяжно сказал Снегирев. — В зоне закон один: кто нашел, того и добыча.

— Так нашли же мы.

— И че? Вы собрали, че хотели. Остальное — наше. Закон зоны.

Мужики явно чувствовали неловкость, но отдавать кристаллы не собирались — слишком куш оказался большим. Похоже, был этот сугробень кристаллами набит по все кишки. Поневоле задумаешься, нет ли у тварей какого отхожего места.

Когда я вышел из трактира, стражник меня окликнул:

— Ну как, нашли они чего?

— Сказали, кто нашел, того и добыча.

По улице я уходил, слыша вербальное возмущение стражника. Цензурных слов там не было.

Глава 29

Валерон решил остаться в трактире и выяснить, что можно взять со снегиревских в качестве компенсации за злоумышление, которое было налицо. Я предупредил, чтобы без консультации со мной ничего не тырил и пошел к деминской артели, только лыжи и ранец у себя сбросил, чтобы не таскаться с ними — не самая нужная и удобная вещь в городе. Нужно было сообщить и о том, что мы оставили, и о тех, кто все это собрал. Поскольку это исключило бы и оставление ценных кристаллов в следующий раз и прояснило бы, от кого следовало держаться подальше, как от наглых хапуг, злоумышляющих на чужое имущество.

Мое сообщение произвело на мужиков эффект разорвавшейся бомбы.

— Хорошо, Егора нет, — прогудел Матвей. — Вон он бы за сердце схватился. Скоко всего упустили-то.

Демин с Тихоном поехали продавать шкуру, которую одному человеку ворочать было, прямо скажем, невозможно. Я на ней руну Легкости изобразил, но она все равно оставалась очень большой и неудобной. И вряд ли найдется покупатель в Гарашихе — очень уж специфический товар, такой нужно сбывать в столице, если не империи, то хотя бы княжества.