После возвращения, Прохоров заявил, что он займется нагревательными артефактами для воды, соберет основу, а мне останется всего лишь внедрить туда заклинание, потому что у меня уровень Жара выше.

Я показал ему артефакторскую мастерскую, которая после этой ночи выглядела хаотичной свалкой. Прохоров сказал, что он разберет и расставит, засучил рукава и взялся за дело. А я извлек из форм чашку и блюдце и немного поработал над ними напильником, а затем отполировал. После чего отнес этот набор в кабинет и попросил принести мне туда из кухни молоко и печенье. Положил все это в посуду и сказал Валерону:

— Обучение по получению энергии из еды — на тебе. У Хикари все в порядке?

— У меня все в порядке, добрый господин, — прозвенел голос-колокольчик совсем рядом. — Я пока изучаю дом, разбрасываю свою сеть, чтобы никто не мог выйти или зайти незамеченным. Знакомлюсь с домом и людьми в нем. Их стало больше. Вещей — тоже. Люди хорошие, вещи — нет. Вещи, которые ты принес ночью, пропитаны кровью и болью.

— Их лучше убрать из дома, Хикари?

— Решать тебе. Стану сильнее — смогу очистить.

— Лучше очистить. Видела, я для тебя шкафчик принес? — попытался спасти добычу Валерон.

— Какой шкафчик?

— Со стеклянными дверцами. Тебе понравится то, что в нем. Правда, я не помню, куда я его сгрузил.

— Мы договаривались в одну из комнат на третьем этаже. Покажешь Хикари, и пусть она решит, что туда еще нужно. Пусть эта комната будет для нее, — предложил я. — Угощайся, Хикари.

Я подвинул посуду в сторону, откуда слышался голос духа-хранителя дома.

— Это мне?

— Это твоя посуда, — важно сказал Валерон. — У меня, конечно, классом похуже, но…

Я тихо сбежал из кабинета, решив, что они разберутся без меня, и постучал к Наташе.

— Продолжим?

— Конечно. Нужно подготовить все документы.

Собралась она быстро, но когда мы зашли в кабинет, Валерона не было, а посуда опустела. Нужно будет уточнить, кто ее опустошил — с Валерона сталось бы в качестве примера использовать все самому.

Мы разложили на столе все, что нужно для подделки, включая артефакт от главнюка. И вскоре Наташа, вооружившись пером и чернильницей и сверяясь с найденной купчей, выводила, старательно изменяя почерк, под шапкой «Купчая крепость» следующее:

на приобретение измененной верховой лошади

Акт сей составлен в Святославске,

Декабря 3-го дня, 1908 года

Я, нижеподписавшийся, мещанин Жилин Василий Григорьевич,

с одной стороны, и

потомственный дворянин Воронов Петр Аркадьевич

с другой стороны, заключили настоящий акт в нижеследующем:

Я, Василий Григорьевич, добровольно продал, а я, Петр Аркадьевич, купил

за сумму

ТРИ ТЫСЯЧИ ПЯТЬСОТ РУБЛЕЙ

Серебром нижеозначенную лошадь

Порода: Чистокровная верховая измененная

Пол: Жеребец

Масть: Гнедой

Возраст: 3 года (рожден в 1904 году)

Кличка: «Ценитель»

Приметы: На левом боку тавро Заводской конюшни князя Болдырева «К. А. Б» под короной. На левом бедре выжжено клеймо с годом рождения 04. На левой передней ноге выше колена белое пятно размером с кулак.

Происхождение: Внесен в I том Всеимперской племенной книги чистокровных лошадей. Отцом состоит жеребец «Асклепий II», матерью — кобыла «Влада».

2. Лошадь осмотрена мною, покупателем, и признана совершенно здоровой, без каких-либо пороков, увечий и скрытых болезней, кои могли бы препятствовать ее использованию.

3. Деньги в размере вышеозначенной суммы мною, Василием Григорьевичем, получены сполна, в чем и расписываюсь. Претензий по расчету не имею.

4. С сего числа, декабря 3-го дня, 1908 года, все права и обязанности на означенную лошадь, равно как и риск случайной гибели или повреждения, переходят к новому владельцу, Петру Аркадьевичу Воронову.

5. Настоящая купчая крепость совершена в двух идентичных экземплярах, из коих один хранится у покупателя, а другой — у продавца.

В удостоверение всего вышеписанного и скрепления сего акта своими подписями стороны собственноручно подписались: