— Где-то там и прикорну.

— Ты сопишь во сне, — немного смягчил я слово «храпишь». — Это сильно демаскирует твою невидимость. Так что давай отложим это до утра. Тем более что Антоша сейчас наверняка создает себе алиби, находясь на виду. Домой придет под утро, к обеду отнесешь ему подарочек и проследишь. А я завтра печатями займусь, чтобы никто к нам в дом просто так не мог залезть.

Валерон легко запрыгнул на кровать, зевнул и покладисто согласился:

— Хорошо. Завтра так завтра.

— Эй, труп прибери.

— Утром еще раз осмотрим. Вдруг чего пропустили, — невнятно предложил он, сворачиваясь на подушке в клубочек. — Не буду же я его постоянно то запихивать, то выплевывать? Лежит себе под кроватью спокойненько — и пусть лежит.

На этом Валерон посчитал разговор законченным, даже про «есть-пить не просит» не добавил, широко зевнул и после этого моментально засопел. Я на всякий случай заглянул под кровать: труп там лежал так, что на ум сразу приходили мысли о засаде и вспоминались страшилки про оживших мертвецов. В этом мире некромантии не было или же она активно шифровалась, то есть вероятность того, что труп через час-два поднимется и решит довести дело до конца, стремилась к нулю. И все же спать с таким подарком под кроватью — то еще удовольствие. Лучше бы Валерон крысу притащил, право слово, как это делают нормальные собаки. Крыса намного лучше трупа.

Оказалось, что даже прогулка по холоду не действует столь бодряще, как труп в спальне. Сна больше не было ни в одном глазу, и не только у меня.

— Пожалуй, я больше не усну, — сказала Наташа, зябко поведя плечами. — Чужой дом, еще и трупы бегают как у себя дома.

— Дом наш, а проблему с беганьем посторонних решу сегодня же. Защиту поставлю, будем на ночь включать. Я, пожалуй, тоже не усну. Спать, когда под тобой лежит труп, у нас может только Валерон. Давай одежду пересмотрим.

В этой одежде тайников тоже не оказалось, зато нашлись ключи и паспортная книжка, в которой было указано место жительства. Не факт, что совпадает с реальным, но проверить стоит. Нужна нитка к этому самому черному солнцу, чтобы понять, отстанут они от меня после третьей потери или мое убийство станет для них делом принципа. Второго не хотелось бы, но кто меня будет спрашивать. Размышления не радовали.

— И какова вероятность, что от меня отстанет организация наемных убийц? — вздохнул я.

— Высокая, если заказчик отменит заказ или умрет, — неожиданно странным низким, непохожим на обычный, голосом ответила Наташа.

— А какая вероятность, что заказчик отменит заказ?

— Высокая.

— Это предсказание?

— Что? — переспросила она уже обычным голосом.

— То, что ты сейчас говорила, — это предсказание?

— А что я говорила?

— Про вероятности.

— Это предсказание. А что я говорила?

— Эм… Ты не помнишь? Это же ты говорила.

— Я иногда на короткое время впадаю в транс и ничего не помню из того, что говорю. Так что я сказала?

— Если коротко, то все будет хорошо.

Внизу Агафья уже зашебуршилась на кухне, а значит, скоро может появиться и Глафира, жаждущая убраться в господских комнатах. Боюсь, лояльность ее окажется недостаточно велика, чтобы в понятие уборки вошел и вынос трупов. Значит, комнату придется запереть. И вообще, планы меняются. Сначала сделаю пару пылевсасывающих артефактов, потом съезжу до Крепостной палаты и выясню, что там с регистрацией особняка в зоне. После этого загляну в телефонную контору, а уже когда вернется Валерон и выплюнет кристаллы, улучшу схему с живой печатью и сделаю защиту на дом.

В квартиру убийцы без разведки Валероном соваться не стоит. То есть выходит, что многое пока завязано на дрыхнущего помощника, а я у него даже не успел выяснить, что там с моими людьми в Дугарске, успели ли собраться.

На кухне, когда я туда спустился, обнаружилась не только кухарка, но и Савелий, которого я сразу озадачил приблудной лошадкой.

— А ежели хозяин появится?

— Хозяин я.

— А, тож магией перебросили, — «сообразил» Савелий. — Гляжу я на вас, Петр Аркадьевич, и диву даюсь: такой молоденький, а куды серьезнее в магии разбираетесь, чем иные старцы.

— Кстати, о магии. Мне бы пару металлических емкостей. Буду делать вытягивающие пыль артефакты.

— Найду, — с готовностью ответил он. — Прям счас принесу.

Принес он не прямо сейчас. Агафья успела сделать нам с Наташей по чашке кофе, когда Савелий вернулся с двумя солидными жестяными тазиками.

— Мне бы лучше ведро, — сказал я, с сомнением разглядывая принесенное.

— Ведра нету, Петр Аркадьевич. В конюшне разве что, так там теперь лошадка, ее поить нужно.

— Сумеешь обиходить?