— Ему и без того придется показать слияние, — все же напомнил я.

— Все сделаю в лучшем виде, — заверил Валерон. — Договаривались же. Я не дурак, все запомнил.

Может он и все запомнил, но случайностей никто не отменял: отвлечется, задумается или вообще выплюнет Митю вместо собранной реликвии. Это же Валерон…

Долго нам ждать не пришлось — вскоре послышалось шуршание верховцевских лыж, а потом и сам он вырулил из-за куста и принялся оглядываться. Я отключил незаметность и поздоровался.

— Петр, добрый день! — радостно проорал он.

— Тихо ты, — шикнул я. — Нам не нужно, чтобы кто-то узнал о моем участии, ты помнишь?

— Да здесь никого нет. В селе только вчера еще две семьи снялись с места. Говорят, пока санный путь, переезжать легче, — он вздохнул.

— Ты хоть завтракал?

— Поверишь, нет, ничего в горло не лезет, так волнуюсь. Но я с собой взял. — Он потряс вещмешком. — Будет чем подзакусить, если проголодаюсь.

Я уложил его мешок в багажник, а лыжи приторочил рядом со своими, после чего спохватился:

— Реликвию не забыл?

— Нет, — он извлек из-за пазухи знакомый мешочек. — Всегда при мне. Можно ехать.

При мне, точнее, в Валероне, был и последний кусок этой реликвии, поэтому я успокоился, и мы выехали в зону, благо уже рассвело и не было необходимости использовать ночное зрение. А вот незаметность я опять на себя набросил, а еще запустил комбинацию Снег-Вихрь, заметавшую наши следы. Тот, кто прошел бы по следам Верховцева, был бы немало удивлен тем, что они просто закончились в одном месте, а в другом поблизости не появились.

Маршрут мы согласовали еще в Святославске, поэтому сейчас ехали в сторону первого намеченного убежища, в котором передохнем полчаса-час, прежде чем двинуться дальше. Ехать приходилось не по прямой, иногда вообще зигзагами, чтобы не ввязываться в ненужные бои. Хотя один раз пришлось слезть со снегохода и помахать мне — топориком, а Верховцеву — саблей, потому что за нами увязалась стая волчеков, а с такими сопровождающими нужно расправляться сразу, не дожидаясь, пока их соберется несколько стай, которые скооперируются и с которыми мы уже не справимся. Магию я не использовал, потому что решил размяться, а почему не стал отправлять заклинания Верховцев, я у него спросил только в первом убежище, когда поставил котелок с водой для чая и появилось время для разговора.

— Рублю я лучше, чем магичу, — смущенно сказал он. — Да и уровень заклинаний у меня невелик. Если честно, меня не воспринимали всерьез, доставалось что-то по остаточному принципу, то есть фактически ничего. У меня сродство к Воздуху только первоначально было, а в нашей зоне он падает редко, да и кристаллов мне доставалось мало, а обычной отработкой разве наберешь приличный уровень? — он вздохнул. — Воду недавно получил, с ней прокачка полегче. Но ты сам понимаешь, сколько нужно тварей перебить, чтобы получить кристаллов на поднятие уровня в любом заклинании.

Я кивнул, хотя и понимал, что Верховцеву с его навыком видящего куда проще качаться, чем обычному человеку. Но знать про навык я не мог, поэтому промолчал, а Верховцев продолжил:

— Вот ведь как бывает: на старшего брата в основном тратились, ему учителей нанимали хороших по магии и фехтованию, ему все полученные кристаллы уходили, а остался я — не особо подготовленный, не особо приспособленный. А что делать? Вытаскивать княжество надо.

— Вытащишь, — уверил я.

— Спасибо, — расплылся он в улыбке. — Только я все думаю, не опасно ли тебе со мной ехать? У меня есть цель, ради которой не жалко жизнь отдать, а ты рискуешь просто так.

— Я рискую не просто так. Я выполняю поручение бога, — ответил я и скастовал слияние, после чего реликвия в собранном виде была выплюнута Валероном перед нами.

— Это моя? — Верховцев судорожно зашарил за пазухой и вытащил пустой мешочек. — Но как? Ее можно активировать прямо здесь? Тогда нам не нужно ехать вглубь зоны.

— Увы, нужно. Остались мелкие куски на месте разрушения. Когда соединятся, то реликвию можно будет активировать. Без этого — никак.

— То есть ключевой фактор — ты, а не снегоход?

— Именно. Я владею нужным заклинанием спаивания осколков реликвий. У тебя без меня вообще шансов не было бы, ты просто погиб бы.

— То есть ты должен восстановить все реликвии? — восхищенно спросил он.

— Смерти моей хочешь? Я должен был обеспечить богу, который за них отвечал, возможность попасть сюда, — ответил я. — После восстановления первой этого не случилось.

— И ты мне так просто рассказываешь?

— Не так просто. Ты же дал клятву, что никто никогда от тебя не узнает ничего из того, что будет сказано или сделано во время нашей совместной поездки. Ты никому не сможешь ничего рассказать без моего разрешения, клятва не позволит. Да и смысл мне сейчас молчать, если ты все равно увидишь активацию и все поймешь?