— Благодарю за разъяснение, Сергей Андреевич.

Он махнул рукой, как будто хотел заявить, что это ерунда, не стоящая внимания, и неожиданно сказал:

— Не будет ли наглостью с моей стороны предложить перейти на «ты» или хотя бы обращаться друг к другу по имени? Признаться, меня нервирует, когда ко мне обращаются столь официально, если в этом нет жесткой необходимости.

— Почту за честь. С моей стороны нет возражений, Сергей.

— Замечательно, — расцвел он в улыбке, но более ничего сказать не успел, потому что в дверь постучала Глафира и вкатила столик с угощениями.

А вместе с ней вбежал Валерон и тявкнул:

— Наташа говорит, нужно ему помочь, а Хикари— что он хороший человек.

Надо же, гость только пришел, а его уже просветили со всех сторон и признали годным. Мое впечатление меня не обмануло.

— Ух ты, какой у вас песель замечательный, — радостно сказал Верховцев, наклонился и почесал за ухом Валерона, изрядно прифигевшего от такой фамильярности. — Супруги твоей, наверное?

— Мой, — ответил я, хотя очень хотелось сказать, что это мелкое недоразумение — Наташино.

Валерон недовольно отстранился и помотал головой, стряхивая с себя чужие прикосновения. Из комнаты он не ушел, но засел вне досягаемости гостя. А вот Глафира, церемонно выставившая все на стол, поклонилась и кабинет покинула, тщательно прикрыв за собой дверь.

— Славный, — заявил Верховцев. — Некоторые считают, что мужчины должны заводить себе громадных злых кобелей, на худой конец — свору охотничьих собак, а не вот таких крох. Но они же прекрасные компаньоны, умненькие и красивые.

— Слушай, что настоящий князь говорит, — довольно тявкнул Валерон.

— Видишь? Он точно понимает, что его хвалят, хотя морда кажется глуповатой.

— На свою посмотри, — оскорбился Валерон. — С такой восторженной рожей тебя в любом дурдоме за своего примут. Нет, Петь, посылай гостя, ему не место в нашем доме. Ему вообще не место в приличных домах.

— Сергей, давай вернемся к тому, зачем тебе нужен мой снегоход.

— Снегоход ему нужен? Перетопчется, — пробурчал Валерон, чье плохое настроение от оскорбления со стороны Верховцева подкреплялось отсутствием аппетита.

— Мне передали видение собранной реликвии, и рядом устройство для поездок по снегу, которое похоже на описание того, на чем ты ездил в Дугарске. Я уверен, что эта штуковина — ключевая деталь для собирания реликвии.

— Снегоход? — удивленно переспросил я.

— Именно. В нем есть нечто такое, что является катализатором для запуска процесса. Знаешь, что такое катализатор?

— Знаю. Но катализатор лишь ускоряет, а то, что ты рассказываешь, больше похоже на старт процесса.

— Возможно, старт уже идет? — предположил Верховцев, — а то, что в твоем снегоходе, его ускоряет?

— Не сходится. — Я жестом предложил гостю обслужиться самостоятельно и продолжил. — Я присутствовал при активации реликвии. Она была доставлена на место активации божьим посланником.

— Да? — Верховцев постучал ладонью по столу. — Мне передали, что два обязательных фактора — это реликвия и твое устройство рядом со столичным особняком.

Не, так-то может и мое устройство обязательно, если до столицы в зоне можно доехать только на нем, но пока, кроме собранной реликвии, основной фактор — это я. Даже странно, что верховцевский прорицатель про меня ничего не сказал. Или меня укрывает клятва богу? Но Наташа видела меня в своих предсказательских видениях. Хотя, конечно, прямо она не сказала, могла созерцать и что-то связанное со мной, из чего сделать правильный вывод, в отличие от Верховцева.

— А реликвия у тебя на руках?

— У меня на руках почти все куски реликвии, кроме одного, — гордо сказал он. — Могу показать. При себе.

Он вытащил бархатный мешочек и высыпал на стол кучу обломков, из которых довольно легко собрал почти целую реликвию: куски прекрасно подбирались один к одному, чем мой гость с увлечением и занялся. Верховцев собирал этот пазл не впервые: руки его сновали с заметной сноровкой, и вскоре передо мной оказалась модель реликвии без одного большого куска и с кучей мелких щербин.

— Видишь, почти все есть. Я уверен, этого должно хватить.

— В Тверзани была полная реликвия.

Верховцевская тоже стала бы полной, стоило использовать слияние. Почти полной — мелкие щербинки заполнятся только на месте разрушения реликвии. Но я не торопился ни делать что-нибудь, ни говорить что-либо.

— Точно? Возможно, ты что-то не рассмотрел? Был слишком далеко при активации? — с надеждой спросил Верховцев.

— Я рассмотрел все в деталях. Активация была проведена у меня на глазах.