— Нет, не запрещено, — как-то неожиданно тяжело поднимаясь с табурета, заговорил Валентов. — Хочешь, не возражаю, — добавил, задерживая на их русалке необъяснимо странный взгляд. Словно хотел что-то сказать и не решался. — При одном условии — постоянно на связи. Я должен быть уверен, что… — встретившись с ней взглядом, спокойно закончил, — Что с тобой все в порядке. Малейшее отклонение в работе судна, — продолжал, переведя взгляд на Изместьева, — Немедленно меняете курс в сторону берега.

— Ну, я точно на самоубийцу не похож, — заверил Макс, провожая руководство слегка задумчивым взглядом. — Лест, — глянул на посторонившуюся чуть Николайте. — Между вами что за черная кошка успела пробежать?

Надеялся на откровение? В прежние времена — возможно. Сейчас же…

— Он мне не муж, — буркнуло очаровательное создание, направившись из домика.

Коротко и ясно. Вот тут усмешки сдержать не получилось. Как и предполагал. Нашла коса на камень. Рановато Кирилл Николаевич начал пытаться свои права на полную свободу действий девчонки, предъявлять. Да еще кому…

Впрочем, не права там, конечно, скорее всего были, а вполне искреннее беспокойство. Работа у них, на самом-то деле далеко не безопасная. Сколько раз спасать приходилось людей, рискуя собственной жизнью. Вот только для Алесты все риски сведены к минимуму. Если только кем замеченной не окажется. Ну, или, не дай бог, под катер какой не угодит по неосторожности.

— Макс, — придержал Валентов Изместьева, когда уже катер от служебной пристани отойти должен был.

— В целости и сохранности верну, — заверил тот, усмехаясь одному ему понятной усмешкой. — Выдохни, Кир. Не случится с твоей девочкой ничего. На море помедитирует и успокоится. Вечером ласковой и нежной кошечкой будет.

Епрст! Романтиком сам становится? Еще не хватало. По части Валентова. У него тут любовь-морковь с золотоволосым созданием! Кошечка… Хороша кошечка, с много килограммовым рыбьим хвостиком…

Глянув на палубу, тихо матернулся. По всей видимости, Николайте спряталась в каюте. Чертова девчонка. Еще и характер, черт бы её побрал, показывает. Не думал. Прямо женщина настоящая, а не рыбка перевоплощенная. Кто бы сказал. Где только навыков поднабралась. Или, в крови у всех особей женского пола, уникальная способность выносить мозг мужикам? Вот он, главный ответ на вопрос окружения, почему до сих пор не женат? А потому что от вот таких женских вывертов застрахованным хочет быть.

Судно шло уверенно. Вроде, никаких проблем сегодня не наблюдалось. Прислушивался и к ходу, и к работе двигателя. Вчера буквально сразу малоприятные неожиданности, как из рога изобилия посыпались.

— Отсиживаться долго внизу собираешься? — не пряча иронии, поинтересовался Макс, глянув из рубки на лестницу, ведущую на нижнюю палубу катера.

— А я не помешаю? — раздалось снизу.

Еще новость. Даже что ответить, не нашелся. Главное — как?? Если только снова Валентов не заговорил о необходимости девчонки оставить команду. Никак мужик не успокоится. Лавры лучшего, которые вежливо подвинула своими способностями девчонка, всё покоя не дают. Так, вроде ж…

— Оставил бы на берегу сразу, — заметил вслух, собственные размышления прерывая. — Поднимайся давай, море сегодня твое любимое.

Неспокойным то сегодня было. Не сказать, что прямо шторм предрекало, нет. Но воленние заметное. Особенно у берега. Здесь, пока, лишь чуть морская гладь волнами красивыми шла.

На палубе остановившись, через перила чуть перегнувшись, к шуму прислушалась. Внимательно, с тенью настороженности присматривалась к тому, как набегают на стенку кораблика пока не сильные, но, всё же, волны. Что-то происходило в подводном королевстве. Либо сестры-братья снова игру бесконтрольную затеяли, либо… Дорогие родители отношения выясняют. Вот тогда берегись, народ. Заштормит, так заштормит.

— Ошибиться хочу, но дня через три-четыре непогода накроет, — вслух произнесла, всматриваясь в морскую даль, туда, где на горизонте морская гладь с небом визуально соединялась.

Редко ошибалась. Видимо, точно знала приметы, как волнуется море во время событий в подводном мире. Еще одна особенность их Русалки. Благодаря ей частенько получалось превентивные меры принимать, чтобы народ не лез лишний раз в воду.

— А, может, обойдется? — исключительно в целях поддержания разговора, поинтересовался Изместьев.

Катер на среднем ходу в глубь морской акватории уходил. Уже и берега не видно было. Развернув судно, курс взял вдоль побережья. Любили на это расстояние уходить горе-рыбки и путешественники. Сколько раз из суденышек, не предназначенных на подобные заплывы, приходилось спасать людей. И, главное, ничему не учились. Снова и снова заплывы, рискованные для жизни, устраивали.

— Сомневаюсь, — обронила Алеста, переступая порог рубки. — Зыбь нехорошая. Волна накатная. Если мои просто шалят, отец успокоит быстро. Если мать разошлась, там пока ракушек гору не переломает, воду в ближайшем подземном озере до мути жуткой не доведет, ничего не успокоится, — добавила, дотягиваясь до бинокля.