— Лест, нервничать не надо, хорошо всё, — успокаивающе-завораживающе зазвучал его голос. — Завтракаем, пьем кофе. И вместе идем на обход владений.

Недоумение. Несколько долгих минут. Он сейчас, интересно, самого себя хорошо расслышал? Как-то сомневаться начала. То есть ей предлагалось откровенно засветиться. В его обществе. Шикарно. Готова к такому повороту? Наверно… да. Устала прятаться и что-то скрывать. Человек, который… Который очень дорог был. Которого любила. Полюбила, вернее будет сказать. Давно. С самой первой минуты встречи. Думать себе о нем запрещала. А по итогу…

— А к вечеру о нас знают все, — проворчала, чашку к губам поднося.

Кофе слегка остыл, но не на столько, чтобы не обжечься. Вот к чему никак не могла привыкнуть на поверхности воды, то есть на земле, так это к горячительным напиткам. Хотя, нет, не совсем так. Горячительными здесь называли совершенно другое. Не горячую воду. То, что голову дурманит. Видимую иллюзию легкости создает. А на деле, только больше проблем добавляет. А вот кипяток. Точно, кипяток, пить так и не научилась. Ладно хоть, никто не настаивал.

— Хочешь скрывать? — спросил прямо, ход её мыслей нарушая, Валентов.

Вообще, девчонку не понимал. В одной стороны, вроде и тянется к нему. С другой же… Ощущение, что чего-то боится. Чего? В конце концов не в семнадцатом веке живут, когда за преждевременную потерю невинности остракизму подвергали.

— А, получится? — поинтересовалась, всё же делая глоток кофе. — И, смысл? Просто после вчерашнего. Ну, когда Вик…

Вик… вот кого, действительно, не мешало как следует встряхнуть. Не успел. Ушел рано утром. Вещи собрал и оставил городок. Из отдела кадров час назад позвонили, написал «по собственному». С одной стороны, на душе как-то неспокойно было. Осадок необъяснимый. С другой…

— Вик распоясался, — голосу постарался придать максимальную твердость и спокойствие. — Даже если девушка, женщина, не важно здесь, нравится, никто не дает права распускать руки. И если она говорит в какой-то момент «нет», то это означает именно «нет», а не что-то иное.

По крайней мере в его голову данное непреложное правило заложено было еще отцом. Давно. Когда только вступал во взрослую жизнь мужчины. Следовать ему старался беспрекословно.

— А если бы вы с Максом не успели? — спросила осторожно, взгляд на Валентове задерживая.

Какой смысл вкладывала в вопрос? Понять бы прежде, чем отвечать. Сложно иной раз суть женских мыслей улавливать. Логика просто зашкаливает. А после всего случившегося… Точнее, едва не случившегося…

— Был бы труп, — выдал совершенно.

А в красивых глазках Алесты отразился… испуг. Черт, вот пугать девчонку в планы точно не входило. Приласкать. Внимание уделить чуть больше обычного, да. Но видеть страх…

— То есть… — медленно протянула.

Вот и объясняй теперь. Чертыхаясь про себя, сделал попытку усмехнуться. Как-то разрядить ситуацию требовалось. Ощущение, что восприняла его слова максимально серьезно. Только не хватало.

— Наподдал бы ему, чтобы на всю оставшуюся жизнь запомнил, что девушек обижать не рекомендуется, — попытался придать голосу максимальную мягкость. — Лест, ничего бы я с ним не сделал, — признался, поднимаясь со стула. — Извини, прямо скажу, морду набил бы и полиции сдал. Если бы, действительно, что сделал с тобой. Как бы он к тебе не относился, никто не давал право применять силу. Тем более к тому, кто дать отпор не может.

Что почувствовал в тот момент, когда в каюте первым оказался? Побоялся, на самом деле, прибить. Самого себя пытался отконтролировать. И рад был своевременному появлению Изместьева. Как знал тот. Впрочем…

Учитывая, что догадывался давно относительно интереса его, Валентова, к единственной девчонке в их команде.

— А если бы сделал? — прозвучал осторожный вопрос Алесты. — Если бы не успели? — продолжала, оглядываясь на зашедшего за спину Кирилла. — Кир, а ты как бы стал ко мне относиться в таком случае?

В тот момент, открывал настежь окно. Солнце начало палить. Духота устанавливалась. Снова. Не лето в этом году, а какая-то жаровня. Даже на берегу моря. Замерев на мгновение, резко обернулся.

— В смысле, как? — не понял вопроса. — Алеста, ты меня только что слушала? — поинтересовался, возвращаясь к стулу. — Так, кажется, кое-что начинаю понимать, — признался, оставаясь стоять, наблюдая за ней с высоты своего роста. — Ты путаешь некоторые вещи. Изнасилование, это не вина девушки. Женщины. Это огромная проблема общества, в котором живем. Ни в чем вы в таких случаях не виноваты. И отношение к вам у нормальных мужиков не меняется. Очень рад, что успели вчера, — добавил, присев перед девчонкой. — И, надеюсь, всегда успевать буду. И из головы вот такие вопросы выкидывай.