Осталось сидеть и смотреть на светлую полоску белокурых волос. Только узкая полоска чистой и осталась. Запах сена смешался с запахом запёкшейся крови и вывороченных кишок.

В какой-то момент сон всё-таки одолел. Когда Альтия осторожно меня разбудила, оказалось я вразвалочку раскинулся посреди норы, и занял почти всё место. Прошло уже десять часов. Я отлично выспался и зверски проголодался.

Шорох и крики за энергетическим барьером отодвинулись и стали чуть различимы.

Потом у нас была неловкая поочерёдная гигиеническая процедура и завтрак. Авторитетно заявляю — если уж вы попали в узкое замкнутое пространство, то сначала нужно позавтракать, а затем уже опорожнять утилизационный блок скафандра или кишечник. Смотря что переполнилось первым. Терпите до завтрака изо всех сил. Не стоит изначально портить аппетит.

Затем мы опять просто без дела лежали прижавшись друг к другу. Не из большой симпатии, а потому что места не так много. И уж точно лучше вдыхать ароматы потного женского тела чем вонь разлагающихся тварей. Мы как могли сдвинули трупы в дальний угол, но это не очень помогло. Куча почти до потолка, а пол густо покрыт… Даже не хочу думать чем он густо покрыт, но сидеть приходится именно на этом месиве.

— Слушай, подруга, — я искал любые темы для разговоров чтобы хоть немного отвлечься. — А ты вот рассказывала про муху Цэ-цэ.

— Не волнуйся, со мной ты в полной безопасности.

— Охотно верю. Но ты имела в виду донников? Они прям настолько круты?

— Нет. Они обычные приматы, как ты. Тут водится кое-кто круче. Слышал про теней?

— Это те, которых отбрасывают?

— Почти. Тени это общее название, собирательный образ. Считается, что это кто-то кого предтечи оставили наблюдать за нами. Тени способны на ходу менять облик и мимикрировать.

— Он может превратиться в тебя или меня?

— Нет это слишком мелко. Не просто превратиться в кого-то. Стать чем-то принципиально другим. Чем-то заточенным под конкретную задачу.

— Типа робота из нанитов?

— Ты не понял. Он не станет человекоподобным гомункулусом. Он станет чем-то неуловимым и вездесущим, как вирус. И смертоносным как бластерный выстрел. Как тень смерти. Тень есть на любом корабле, на планетах, даже в открытом космосе и жидких средах есть тени. Он станет чем-то таким. Поэтому их и называют тенями.

— Очередная байка наёмников.

— Может быть, — не стала спорить Альтия. — Думай как знаешь. Но уже целый год на дне кто-то развлекается «раздевая» охотников.

— Охотников?

— Не гильдийцев как ты, а придурков, что приезжают на Ранту охотиться на опасную живность. Они отстреливают зверьё и делают чучела из голов, но тоже считаются туристами. За них отвечает охрана отца. Больше тридцати нападений за год. Никаких следов. Только голые клиенты вперемешку с голой охраной. Никто ничего не помнит. Отец ходит мрачнее тучи, выплатил кучу неустоек за провал охраны. Скоро туристическому бизнесу для охотников придёт конец.

— Так ты тут ловишь тень?

— Ты в уши долбишься, Шёпот? Я для кого пять минут распиналась? Я что, девочку в юбочке описывала? Мы о нём узнаем только, если тень любезно решит показаться. И повезёт, если любезно.

— А почему нас с тобой или наёмников на вездеходе не «раздели»?

— Хороший вопрос. «Раздевают» только тех, кто стреляет неразумное зверьё. И это странно само по себе. Кому какое дело до зверья на дне? Тут и разумных-то особо не берегут.

— Как и везде в Совражестве.

— В Совражестве? — усмехнулась девушка. — Точнее и не скажешь. А ты философ, Шёпот.

— А то. Поэтому сразу чую когда мне впаривают очередную байку.

— Байку? Ты знаешь что такое ПСИ, Шёпот?

— Читал пару научных статей и…

— Значит не знаешь, — перебила Альтия. — Это такая здоровенная дубина, которой можно долбить направо и налево, но она одна на всех.

— В смысле?

— Представь, — Альтия легонько похлопала по цевью ВОСТа. — Что ты с кем-то по-очереди пользуешься своей винтовкой. Что есть ещё несколько хозяев, которые берут твой ствол когда пожелают. Иногда это происходит в момент когда ты его сам применяешь. Появляется третья рука и водит стволом куда захочет. А может сразу десяток рук и каждая тянет прицел в свою сторону.

— Ты это вообще к чему?

— К тому что любой псион всегда в курсе когда кто-то рядом хватается за «дубину». И можно оценить с какой силой этот кто-то тянет рукоять на себя. И у меня волосы дыбом встают когда «раздевают» очередного туриста.

— Ты поэтому отговаривала стрелять по маретам и только защищаться?

— А ты действительно смышлёный, Шёпот. Арахи не ошиблись.

Примерно в таких разговорах прошло ещё тридцать часов.

— Пора выбираться, — Альтия взялась за техно-посох, сияние поблекло и щиты исчезли.