— Я уже говорил, я тебе не киллер. Я убиваю беглых, на которых есть ордер! В крайнем случае, если мне угрожает опасность. А не просто расстреливаю разумных без разбора. К тому же Шихар мне нравится, отличный парень. Есть какие-то другие варианты?

— Двадцать тысяч!

— Другой бы охотник обиделся на моём месте, но я скажу: сто.

— Да ты охренел!? Сто тысяч за человекоподобную обезьяну?

— У этой обезьяны на спине кайанский крейсер приклеен. Ты считай просто взяла и выбросила на помойку «АЗВ», но зажимаешь мне сто штук? Я никак не пойму ты бедная принцесса или богатая проститутка?

— Ладно, — почти сварливо рявкнула Альтия, ругаемся уже как парочка всю жизнь женатых старичков. — Но прямо сейчас ты синьку не получишь. У меня её просто нет. Я уже и так слила из «Варактора» больше чем следовало. Теперь выходит ещё и «АЗВ» слила впустую. Однако, если дело выгорит, отец заплатит. Для него сто тысяч небольшая сумма. Слово даю, стреляй.

— Слова ничего не стоят. Хотя, раз ты стукач… Арахи ведь тоже могут оставить тебе плохой отзыв, да?

— Конечно могут. Мы все повязаны. Всё, ты меня уже запугал. Я прониклась, я всё отдам, честно. Стреляй уже! Если не выгорит, мы всё равно оба с Ранты живыми не выберемся.

— Выгорит, не выгорит, — выдыхаю, расслабляюсь и успокаиваюсь. — Живыми не выберемся… Всегда одно и то же.

Вот поэтому я и не люблю влезать в политику. Проигравшая сторона всегда стремится вычистить своих рядовых исполнителей. Победившая тоже, но чужих исполнителей. В случае ничьей — вообще всем исполнителям трындец. Но даже если ты на стороне победителей — гарантий никаких. Замкнутый круг.

До мишени два километра, а на лужайке ещё и ветер крепкий, не то что в зарослях. Прогретая почва огромной «поляны» создаёт мощный восходящий поток. Можно было бы «собрать» снаряд с разгоном и донаведением, но это дорого и может выдать наше положение.

Сомневаюсь, что после убийства собрата донники просто разбегутся от страха. Скорее всего они разбегутся и начнут искать нас в джунглях чтобы оторвать всё, что им покажется лишним или неприятным. И задницей чую далеко убежать не успеем. Именно поэтому Белый Волк и заказал для этой операции самый тихий ствол из ВОСТов. Аборигены должны подумать, что стреляют вообще с другого направления. Так будет больше времени на отступление.

Но главная проблема в том, что стрелять очень не хочется. Ни за двадцать тысяч, ни за сто, ни за миллион. Как бы там ни было, а нечто похожее на совесть у меня есть. И эта штука не позволяет убивать невиновных за синьку, будь по другому я бы работал на чёрный рынок, а не на ГиО. На чёрном рынке правила проще, вернее их просто нет, да и оплата выше.

Я торговался в надежде что Альтия передумает. Да, раньше я позволял себе некие вольности, но тогда за спиной была дочь. Это могло многое оправдать, по крайней мере для меня. Теперь же…

— Шёёёп!

Через несколько секунд пуля просвистела у головы Шихара, но никто этого не заметил, даже сам Шихар. Тут бесконечно гудят разные насекомые. И некоторые гудят громко и быстро. Ещё одного «жука» пропустили мимо ушей.

— Ты промахнулся? — в голосе Альтии больше удивления чем возмущения.

Понимаю, трудно поверить, что с таким винтарём я знатный мазила.

— Это был пристрелочный.

— Шёёёп!

Второй снаряд попал чётко во вход одной из полуземлянок. А вот воспламенились оба снаряда почти одновременно.

Спирт не так уж легко загорается, особенно охлаждённый и с большим количеством примесей. Потому что горит именно смесь паров и кислорода, а не сама жидкость. Например, в стопке холодного абсента можно легко погасить спичку.

В ямах выдерживают охлаждённое и ещё не очень крепкое Илуно. Такой алкоголь относительно плохо загорается. Но если уж загорелся, то фиг потушишь, как и зажигательные снаряды от корпорации ВОСТ.

Содержимое землянок вспыхнуло быстро и весело. Синее пламя взметнулось метра на четыре. В такое лопатой песок не побросаешь — слишком жарко. А водой тушить вообще нет смысла — горючее легче и будет плавать на поверхности.

Никто из аборигенов даже не пытался бежать к двум пылающим ямам и что-то делать. Я сразу заметил что ямы на достаточном удалении друг от друга, и вокруг растительность тщательно удалена. Аборигены знают что такое пожаробезопасность. Похоже пожары у донников время от времени случаются. И, скорее всего, не из-за молний и засухи, а из-за соседской зависти.

У каждой из ям стоял донник смахивающий на охранника, а то и двое. Но когда Шихар начал представление почти всё внимание оказалось приковано к нему. Ямы остались без присмотра. Не все, а только те, что сейчас пылают.

— Этого достаточно для вселенской распри кланов, хозяйка? — отвлёкся я от прицеливания.

— Подожги ещё третью слева и две самых дальних, — сразу же поняла мою задумку Альтия. — И больше ничего не трогай. Если у племени Дейногов ямы останутся нетронутыми, будет самое оно.