— У невропатолога или психиатра наблюдаетесь? — огорошил ее батюшка.

— Что? У психиатра? Нет, слава богу... То есть... — Аглая похлопала глазами, а потом решила, что он спросил об этом, когда увидел синяк под ее глазом. Она уже про него и думать забыла, но это не значит, что его там нет.

— За моим пальцем следим, — Отец Зосима поднял указательный палец, поводил им из стороны в сторону, а затем и вовсе едва не ткнул в ее переносицу. — Головные боли, бессонница, тошнота беспокоят?

— Простите, пожалуйста, я ни на что не жалуюсь... В смысле здоровья у меня, кажется, все было нормально. До того, как я сюда приехала, — уточнила она. — А вы... вот это все... — Аглая сделала короткий пасс руками.

— Я пятнадцать лет травматологом в областной больнице отработал, — улыбнулся отец Зосима. — Всякого повидал.

— Ах вон оно что... А сюда как же?

— По зову души и по истинному предназначению. Так вы говорите, вас видения мучают?

— Не то чтобы мучают, — пожала плечами Аглая и совершенно успокоилась. — Просто я никогда до этого ничего подобного не видела и... Трудно объяснить. То, знаете ли, радио заработает, хотя оно старое и даже без батареек. А то часы вдруг пойдут. Далеко правда не уходят, одно и то же время показывают. С туманом я еще могу понять, чего только не померещится, а вот это...

Отец Зосима нахмурил седые брови и с минуту задумчиво смотрел на нее. Аглае даже стало неловко.

— А потрясения у вас какие-то случались в последнее время?

— Ну, я от мужа ушла... — тихо ответила она.

— Брак венчаный?

Она покачала головой.

— А сын-то хоть крещеный?

Аглая вздохнула.

— Это он сделал? — участливо указал на ее лицо батюшка.

— Он. — Аглая отвела глаза, которые наполнились слезами. — Я не думала, что все вот так будет...

— Катя сказала, что вы ее видели?

— Ой... — Аглая шмыгнула носом и вытерла влагу под глазами. — Я, наверное, очень ее обидела этим. Но понимаете, платье, коса эта... Может, это у меня как-то отложилось в памяти? Я ведь видела ее у дома Новиковых, вот и...

Отец Зосима кашлянул и огладил бородку.

— Ничем вы ее не обидели. А вот то, что вы мне рассказали, я уже слышал однажды. Человека этого давно нет среди нас. А я продолжаю молиться за его душу, потому как при жизни ею овладели бесы.

— Бесы?! — оторопела Аглая.

— Не пугайтесь. С вами все в порядке.

— Точно?

— Да. — Он осенил ее крестным знамением. — Но вот то, что вы видели... А где именно?

— Так в усадьбе. Мы с Тимошей во флигеле живем. Вот я в окно и видела.

Отец Зосима снова задумался, а потом сказал:

— Я вам икону дам. Носите при себе. Это поможет. А там посмотрим.

— Скажите, а кто был тот человек? Который видел призрака?

— Сам он того призрака выдумал, сам в него и поверил, — ответил отец Зосима и пристально посмотрел на нее. — Есть вещи, которые я вам объяснить по-простому не смогу, но вижу, что человек вы добрый, не испорченный. Заблудились немного, так этого мало кому избежать получается. Идемте со мной, икону дам. А если беспокоить опять что будет, мне скажете. Идите с богом, Катюша вас обедом накормит. Она у меня знатная кулинарка.

Аглая вышла на улицу, остановилась и прислушалась к себе. Странное состояние: вроде и легче, и понятнее на душе, а проблем меньше не стало. И все же разговор с отцом Зосимой принес ей уверенность в том, что с ней все в порядке, да и человек она не пропащий. Честно сказать, она ожидала и боялась нравоучений с его стороны: мол, разрушила брак, не смогла сохранить семью. Или это одно и то же?

За то недолгое время, что она была в храме, погода изменилась. Солнце скрылось за грядой стремительно бегущих облаков, и хоть жара еще не спала, легкий ветерок принес ощутимый запах озона. Кажется, действительно будет дождь...

Тимофей появился из-за небольшого домика с маленькими окошками-бойницами. Это была церковная лавка, о чем гласила скромная вывеска над входом. Мальчик тащил длинную метлу и, пыхтя, старался обуздать ее, чтобы использовать по назначению.

— Тимоша, я сама всю уберу! — выскочила следом за ним Катерина.

— Я сам! — ответил тот и попытался поднять метлу.

— Неугомонный! — рассмеялась девушка и помахала Аглае. — Идемте! Там щи горячие!

Аглая улыбнулась и пошла к ним. Отказаться от обеда значило бы обидеть хозяйку. Да и проголодались они изрядно.

Кухня в доме отца Зосимы была небольшая и очень уютная. Чувствовалась женская рука. А в целом, все как у людей: деревянные шкафчики, плита, духовка, полотенчики-салфеточки и множество цветущих гераней на окне под кружевными занавесками.

— Сколько вам лет, Катя? — спросила Аглая, вытирая раскрасневшееся лицо сына и его руки.

— Девятнадцать в декабре.

Ели кислые щи с грибами и молодой зеленью, потом рыбу с овощами, а к чаю Катерина подала свойский мед и сухофрукты.

— У нас огородик и пасека, — пояснила она. — Батюшка на досуге любит сам в земле покопаться.