Шрифт:
150 Боле не будет, и если уж так ты упорен рассудком,
Я не скажу ничего; но лишь в том что, наверное, скоро
К вам Одиссей возвратится, дам клятву;
а мне ты заплатишь
Только тогда, как входящего в дом свой его здесь увидишь:
Платье тогда подаришь мне, хитон и хламиду; до тех пор,
155 Сколь ни великую бедность терплю, ничего не приму я;
Мне самому ненавистней Аидовых врат ненавистных
Каждый обманщик, ко лжи приневоленный
бедностью тяжкой;
Я же Зевесом владыкой, твоей гостелюбной трапезой,
Также святым очагом Одиссеева дома клянуся
160 Здесь, что наверно и скоро исполнится то, что сказал я;
Прежде, чем солнце окончит свой круг, Одиссей возвратится;
Прежде, чем месяц наставший сменён наступающим будет,
Вступит он в дом свой; и мщенье тогда совершится
над каждым,
Кто Пенелопу и сына его дерзновенно обидел».
165 Страннику так отвечал ты, Евмей, свинопас богоравный:
«Нет, ни за вести свои ты от нас не получишь награды,
Добрый мой гость, ни сюда Одиссей не придёт; успокойся ж,
Пей, и начнём говорить о другом; мне и слышать об этом
Тяжко; и сердце всегда обливается кровью, когда мне
170 Кто здесь хоть словом напомнит о добром моём господине.
Также и клятвы давать не трудись, возвратится ли, нет ли
К нам господин мой, как все бы желали мы – я, Пенелопа,
Старец Лаэрт и подобный богам Телемах, – но о сыне
Боле теперь, чем о славном, родившем его Одиссее,
175 Я сокрушаюсь: как ветвь молодая, воспитан богами
Был он; я мнил, что со временем, мужеской силы достигнув,
Будет подобно отцу он прекрасен и видом и станом, —
Знать, неприязненный демон какой иль враждующий
смертный
Разум его помутил: чтоб узнать об отце отдалённом,
180 В Пилос божественный поплыл он; здесь же, укрывшись
в засаде,
Ждут женихи, чтоб, его умертвив на возвратной дороге,
В нём и потомство Аркесия всё уничтожить в Итаке.
Мы же, однако, оставим его – попадётся ль им в руки
Он, избежит ли их козней, спасённый Зевесом, – теперь ты
185 Мне расскажи, что с тобой и худого и доброго было
В свете? Скажи откровенно, чтоб мог я всю истину ведать:
Кто ты? Какого ты племени? Где ты живёшь?
Кто отец твой?
Кто твоя мать? На каком корабле и какою дорогой
Прибыл в Итаку? Кто были твои корабельщики?
В край наш
190 (Это, конечно, я знаю и сам) не пешком же пришёл ты».
Кончил. Ему отвечая, сказал Одиссей хитроумный:
«Всё расскажу откровенно, чтоб мог ты
всю истину ведать.
Если б мы оба с тобой запаслися на долгое время
Пищей и сладким питьём и глаз на глаз осталися двое
195 Здесь пировать на просторе, отправив других на работу,
То и тогда, ежедневно рассказ продолжая, едва ли
В год бы я кончил печальную повесть о многих напастях,
Мной претерпенных с трудом несказанным
по воле бессмертных.
Славлюсь я быть уроженцем широкоравнинного Крита;
20 °Cын я богатого мужа; и вместе со мною других он
Многих имел сыновей, им рождённых и выросших дома;
Были они от законной супруги; а я от рабыни,
Купленной им, родился, но в семействе почтён как законный
Сын был отцом благородным, Кастором,
Гилаксовым сыном;
205 Он же от всех обитателей Крита, как бог, уважаем
Был за богатство, за власть и за доблесть
сынов многославных;
Но приносящие смерть, беспощадно-могучие Керы
В область Аида его увели; сыновья же, богатства
Все разделив меж собою по жеребью, дали мне самый
210 Малый участок и дом небольшой для житья; за меня же
Вышла богатых родителей дочь; предпочтён был другим я
Всем женихам за великую доблесть; на многое годный,
Был я в деле военном не робок… но всё миновалось;
Я лишь солома теперь, по соломе, однако, и прежний
215 Колос легко распознаешь ты; ныне ж я бедный бродяга.
С мужеством бодрым Арей и богиня Афина вселили
Мне боелюбие в сердце; не раз выходил я, созвавши