Злой кознодей, от которого много людей пострадало;

290 Он, увлекательной речью меня обольстив, Финикию,

Где и поместье и дом он имел, убедил посетить с ним:

Там я гостил у него до скончания года. Когда же

Дни протекли, миновалися месяцы, полного года

Круг совершился и Оры весну привели молодую,

295 В Ливию с ним в корабле, облетателе моря, меня он

Плыть пригласил, говоря, что товар свой

там выгодно сбудем;

Сам же, напротив, меня, не товар наш,

продать там замыслил;

С ним и поехал я, против желанья, добра не предвидя.

Мы с благосклонно-попутным,

пронзительнохладным Бореем

300 Плыли; уж Крит был за нами… Но Дий нам готовил погибель;

Остров из наших очей в отдаленье пропал, и исчезла

Всюду земля, и лишь небо, с водами слиянное, зрелось;

Бог громовержец Кронион тяжёлую тёмную тучу

Прямо над нашим сгустил кораблём, и под ним потемнело

305 Море; и вдруг, заблистав, он с небес на корабль громовую

Бросил стрелу; закружилось пронзённое судно, и дымом

Серным его обхватило; все разом товарищи были

Сброшены в воду, и все, как вороны морские, рассеясь,

В шумной исчезли пучине – возврата лишил их Кронион

310 Всех; лишь объятого горем великим меня надоумил

Вовремя он корабля остроносого мачту руками

В бурной тревоге схватить, чтоб погибели верной избегнуть;

Ветрам губящим во власть отдался я, привязанный к мачте.

Девять носившися дней по волнам, на десятый с наставшей

315 Ночью ко брегу феспротов высокобегущей волною

Был принесён я; Федон, благомыслящий царь их, без платы

Долго меня у себя угощал, поелику я милым

Сыном его был, терзаемый голодом, встречен и в царский

Дом приведён: на его я, покуда мы шли, опирался

320 Руку; когда же пришли мы, он дал мне хитон и хламиду.

Там я впервые узнал о судьбе Одиссея; сказал мне

Царь, что гостил у него он, в отчизну свою возвращаясь;

Мне и богатство, какое скопил Одиссей, показал он:

Золото, медь и железную утварь чудесной работы;

325 Даже и внукам в десятом колене достанется много —

Столько сокровищ царю Одиссей в сохраненье оставил;

Сам же пошёл, мне сказали, в Додону затем, чтоб оракул

Тёмно-сенистого Диева дуба его научил там,

Как, по отсутствии долгом – открыто ли,

тайно ли, – в землю

330 Тучной Итаки ему возвратиться удобнее будет?

Мне самому, совершив возлияние в доме, поклялся

Царь, что и быстрый корабль уж устроен, и собраны люди

В милую землю отцов проводить Одиссея; меня же

Он наперёд отослал, поелику корабль приготовлен

335 Был для фесиротов, в Дулихий, богатый пшеницею, шедших;

Он повелел, чтоб к Акасту царю безопасно я ими

Был отвезён. Но они злонамеренным сердцем иное

Дело замыслили, в бедствие ввергнуть меня сговорившись.

Только от брега феспротов корабль отошёл мореходный,

340 Час наступил, мне назначенный ими для жалкого рабства.

Силой сорвавши с меня и хитон и хламиду, они мне

Вместо их бедное рубище дали с нечистой рубашкой,

В жалких лохмотьях, как можешь своими глазами ты видеть.

Вечером прибыли мы к берегам многогорной Итаки.

345 Тут с корабля крепкозданного – прежде верёвкою, плотно

Свитою, руки и ноги связав мне – все на берег вместе

Вышли, чтоб, сев на зыбучем песке, там поужинать сладко.

Я же от тягостных уз был самими богами избавлен.

Голову платьем, изорванным в тряпки, свою обернувши,

350 Бережно с судна я к морю, скользя по кормилу, спустился;

Бросясь в него, я поспешно, обеими правя руками,

Поплыл и силы свои напрягал, чтоб скорее из глаз их

Скрыться; в кустарнике, густо покрытом цветами,

лежал я,

Клубом свернувшись; они ж в бесполезном искании с криком

355 Бегали мимо меня; напоследок, нашед неудобным

Доле напрасно бродить, возвратились назад и, собравшись

Все на корабль свой, пустилися в путь; так самими богами

Был я спасён, и они же меня проводили в жилище

Многоразумного мужа: ещё не судьба умереть мне».