Шрифт:
Не сами духи, конечно, новые жертвы… Которых те духи, вроде как, спрашивают.
Не удается вытянуть и жалкого подобия посмертного рассказа давешнего эльфа — не знаем ни «кто», ни «где», ни даже — «зачем на самом деле».
Блуждаем в тумане, спотыкаясь о трупы.
Одно понятно — в банде завелся специалист.
Упокойщик, или прямо некромант, и это фигово — на той стороне баррикад знают, с кем имеют дело. В смысле, со мной, Гил-Гэладом, Иватани Торуевичем…
— Короче, — надо было подытожить, я так и сделал. — Ловим, мстим, что останется — выдаем властям. Кто против? Кто воздержался? Единогласно!
Кто бы сомневался, ну!
Глава 16
Вот дорм, который построил тролль.
Урук Зая Зая пакует водяру,
В дорме, который построил тролль.
А это Зубила — гном, вечно в запаре,
Поэтому пьет постоянно водяру,
Разлитую орком в стеклянную тару,
В дорме, который построил тролль.
Вот гоблин Куян, он по части хабара,
Всегда добавляет Зубиле запары,
Что пьет постоянно с напряга водяру,
Поскольку водяра пока что на шару,
В дорме, который построил тролль.
Вот Ульфыч — почти что матерый волчара,
Стеречь был назначен остатки хабара,
Поскольку Зубила с Куяном в запаре,
И сразу в два горла бухают водяру,
Уже из канистры — какая там тара?
В дорме, который построил тролль.
Корнет Радомиров, навроде гусара,
Поставлен смотреть за матерым волчарой,
Чтоб в Лету не канул остаток хабара,
Пока гном и гоблин бухают в запаре,
Пока не закончилась в дорме водяра,
Что орк доливает откуда-то в тару,
В дорме, который построил тролль.
Вот снага Наиль, ему снятся кошмары,
Орет и пугает соседа-гусара,
Что спит по ночам, днем гоняя волчару,
На ключ запирая с хабаром хибару,
Где гоблин задрых, а Зубила — в запаре,
Поскольку уже не осталось водяры,
(Урук собирает разбитую тару),
В дорме, который построил тролль.
Дорм «Сон Ильича», он мечта коммунара,
В котором не снятся Наилю кошмары,
Никто не орет, не пугает гусара,
Который давно подружился с волчарой,
Где гоблин учет завершает хабара,
Зубила решил написать мемуары,
Где орк разливает в бутылки водяру,
В дорме, который построил тролль.
А неплохо получилось.
Хотя знаю я вас, критиков: композиция вам не та, рифма сомнительная, размер строки не соблюден… И вообще — где-то вы такое уже слышали!
Тут зависит от того, из какого вы мира. Если ваша родина — Твердь, то попуститесь, не слышали, не могли. Если Земля… Просто не палите контору, ладно?
Ну да, еще слово «дорм» не очень понятное.
Я, поразмыслив, остановился именно на нем: это, если кто не в курсе, «дормиторий», сиречь — общежитие, если на британск… То есть, конечно, авалонском. Краткая форма — удобно и запоминать, и писать, если что: Dorm, фигня делов.
Правда вот, Son Iljicha… Хотя тоже — фигня, главное, что коротко.
Некоторое время думал, перебирал варианты.
Поселок — так себе название, не отражает прямо ничего. Дербоград, вон, тоже когда-то был поселком, и что там теперь? Ага.
Колхоз… Так-то он, конечно, колхоз и есть. Или скоро будет, но не называться. Не дозрела еще местная общественная формация до такого прогресса: феодальная монархия, даже волшебно-кибернетическая, это ни разу не социализм.
Еще можно взять слово «кибуц». Можно было бы, но у нас тут каждый третий — снага: сами подумайте, какие производные пойдут от этого смешного еврейского слова. Да, и самих иудеев тут, считайте, нет — ни одного не видел после кхазада, заправлявшего памятной дракой.
Да ладно, ладно. Слово легло в размер, совсем нагло тырить у товарища Маршака я не решился, да и домов у нас тут больше одного.
Какого Маршака? А, то есть вы, все-таки, с Тверди…
Отличное заклятье — «Последний час — забудь!».
Главное, что сутки уже прошли — с тех пор, когда я колдовал по-тролльи в прошлый раз.
Шхедхашаш шенаха анеш!
Да, привет. Новенькие? Айда, покажу, где у нас что.
Вот ангар, он же — гараж… Дворец науки и техники, блин!
Видите, так и написано: Sabantuj-Saraj.