Шрифт:
Семь метров! Пять! Четыре!
Я играю в поддавки, давая многоножке ложную надежду, что я, просто за ней не успеваю.
Тварь перебегает из одной ячейки в другую.
Три! Два! Один!
Я откладываю ружье и, быстро кувыркнувшись в сторону, извлекаю из-за спины клинок.
Рывком, встаю на ноги, видя у себя в голове, как на меня, из темноты подсознания, вылетает бионическая многоножка, а за ней тянется призрачный шлейф из…
Эпизод 6. Жалости_нет
За тварью тянется призрачный шлейф из её собственных контуров.
Это, — как видеть призрака, только сотканного из десятков образов, перетекающих один в другой, и, каждый из этих образов повторяет движение исходника, только в разные моменты времени, с разными движениями.
А самое интересное, — в этой сетке я вижу следующее движение многоножки ещё до того, как она его сделала.
Это даёт мне временной лаг на подготовку к отражению атаки.
Хоп!
Я поднимаю клинок над головой, и, следя за тварью, быстро-быстро отступаю, одновременно уходя в сторону.
Ширх!
Я рублю наотмашь, сверху-вниз и, по диагонали, видя, что тварь поднимается надо мной, изогнувшись, как кобра.
Бух!
Судя по сопротивлению, лезвие врубилось в её конечности, и отсекло пару из них.
Я слышу нарастающий шелест и, такое характерное сухое клацанье костяных пластинок друг об друга.
Звук тоже работает на меня. Помогает выстраивать картинку в голове, дополняя образ в сетке.
И…
Понеслось!
Многоножка атакует меня.
Справа!
Слева!
Точно гремучая змея.
Выпад!
Я прогибаюсь, уклоняюсь от её удара костяным панцирем, как молотом. Звук такой, будто надо мной просвистела булава.
Припадаю на одно колено, и, наблюдая за тварью из сетки, зная все её ходы наперед, наношу жесткий рубящий удар от себя, почти, как топором, и, сразу же понимаю, что я опять попал в цель.
Минус еще две конечности!
Мой клинок, так и мелькает в воздухе, будто он превратился в живое существо. Стал частью меня, моих рук, моим продолжением.
Замах!
Удар!
Замах!
Удар!
Обманное движение.
Поворот.
Кружу, как бабочка, и жалю, как пчела, в танце со смертью, где любая ошибка означает конец.
Выпад!
Я уклоняюсь от атаки твари с закрытыми глазами, видя в сознании, через сетку, всё, что она делает. Каждое движение. Читая тактику боя многоножки, как раскрытую книгу.
И, рублю её, как кочан капусты, с таким остервенением, словно в меня вселились все демоны преисподней.
Меня забрызгивает кровью твари и ошмётками от её отрубленных конечностей.
Я чувствую обжигающие капли на лице. Они стекают по моей броне вниз, и я втаптываю их в жижу.
Если дела так пойдут и дальше, то я просто отсеку все лапы многоножки и превращу её в червяка, а потом, тупо добью.
Бух!
Я, внезапно, пропускаю чудовищный по силе удар. Ощущение такое, что меня, с размаху, приложили бетонной плитой.
Отлетаю на несколько метров в сторону и плюхаюсь в грязь.
Меня проносит по ней еще с пару шагов, и я решаю открыть глаза.
Как раз, вовремя!
Тварь, прозмеившись по жиже, выныривает из тумана, и замирает рядом со мной. Снова раскрывается, будто вылупляется из своего панциря, вытянув уродливую голову, как черепаха. Только на этот раз с неимоверной скоростью.
Раз!
Два!
И в меня уже летит щупальце многоножки, которое я едва успеваю перехватить левой рукой.
Присоска с крючками замирает в нескольких сантиметрах от моего лица, а тварь всё давит и давит, протискивая этот пищевод вперед, наваливаясь на него всем своим весом.
Мне приходится отбросить клинок и сжать щупальце правой рукой, чтобы оно не впилось в меня.
— Врешь, не возьмёшь! — цежу я сквозь зубы, напрягая все свои силы в этой неравной схватке.
Это похоже на то, как если бы вы попытались удержать в руках стальной намасленный трос.
Щупальце проскальзывает сквозь мои пальцы, миллиметр за миллиметром, сегмент за сегментом.
У меня уже побелели костяшки, а мышцы и сухожилия готовы разорваться от напряжения.
Еще немного, и щупальце вопьётся в меня. А я не могу его удержать, и не могу ослабить хватку, чтобы выхватить нож и попытаться его перерезать.