Она знала, что он облажался. Это была его вина, что Грейс и Майлз попали в такую передрягу. Но теперь, когда он был здесь, улыбался ей в своей армейской расстегнутой форме, а жетоны свисали с его футболки, откровенно говоря, обижаться было трудно.

– Так, молодой человек, – обратился он к Скипперу. – Что скажешь, если мы купим тебе собственный комплект армейской формы? Сделаем тебя настоящим рядовым.

Хэдли ждала, пока Скиппер покачает головой и дерзко ответит: «Нет», – ответ, который он давал каждый раз, когда кто-то предлагал ему надеть что-то другое, кроме бейсбольной формы. Но вместо этого он шокировал ее:

– Рядовым? Новичком?

– Ага, – кивнул Джимми. – Рядовой начинает с простого мундира, а потом зарабатывает все остальное.

– А я могу носить форму? – медленно спросил Скиппер, и на лице его появился благоговейный трепет.

– Ну, не знаю, – задумчиво проговорил Джимми, потирая подбородок. – Сначала тебе нужно ответить на несколько вопросов.

Глаза Скиппера расширились, а лицо стало серьезным.

– Ты родился в Соединенных Штатах?

Скиппер посмотрел на Хэдли, и Хэдли кивнула.

– Да, – ответил он.

– Ты когда-нибудь совершал преступления?

Скиппер покачал головой. Джимми кивнул в знак одобрения.

– Обещаешь ли ты быть храбрым, служить своей стране и защищать тех, кого любишь?

Голова Скиппера качнулась.

– Что ж, тогда я не вижу причин, по которым ты не можешь быть рядовым.

Лицо Скипера просияло.

– Когда у меня будет форма?

Хэдли удивленно моргнула. Менее чем за тридцать секунд Джимми удалось сделать то, с чем не справлялись она и Грейс в течение нескольких дней.

– Когда мы найдем магазин, в котором она продается, – пояснил Джимми и подмигнул Хэдли, поворачиваясь обратно, давая ей понять, что он все это спланировал, и ее восхищение возросло еще больше.

Он отъехал ко входу в торговый центр и выпрыгнул, чтобы помочь Грейс с купленным ею автокреслом. Он установил его рядом со Скиппером.

– Рядовой, убедитесь, что он пристегнут, – приказал он.

– Есть, сэр, – воскликнул Скиппер, отвечая в точности так, как проинструктировал его Джимми.

Грейс передала Майлза Джимми, и Джимми на секунду задержал его на уровне лица, ткнувшись носом ему в нос. Майлз корчился и визжал, а Джимми делал это снова и снова, его лицо сияло от любви, и последние остатки сопротивления Хэдли растворились. Джимми, возможно, облажался, может быть, очень серьезно облажался, но трудно не любить того, кто светится такой преданностью своему ребенку и жене!

Грейс стояла возле ресторана напротив магазина армейских товаров, глядя на бесплодную равнину, раскинувшуюся перед ней. Сосны и горы исчезли, их заменил выжженный солнцем пейзаж, простирающийся до самого горизонта.

Голова болела, сердце тоже, все, что происходило и происходит, переполняло ее. Она не хотела, чтобы Джимми приезжал, но теперь, когда он был здесь – спокойный и уверенный в себе – так заманчиво было ослабить бдительность и вернуться к своим старым привычкам. Простить его, отказаться от контроля и доверять, когда он говорит, что сожалеет и что это больше никогда не повторится. Это лучшая и худшая часть Джимми – то, насколько он хорош и как легко довериться ему, ошибочно полагая, что он никогда не подведет, но это доверие каждый раз рушится. Потому что, несмотря на его недостатки – вернее «недостаток», напомнила она себе, в единственном числе: одну-единственную изматывающую слабость – его любовь была реальна. И каждый раз, когда он смотрел на нее, лед в ее сердце таял все больше.

Вчера она верила, что у них есть шанс, хоть и слабый, но шанс. Но сегодня, несмотря на то, что они продолжали действовать – ехать в Омаху, делать вид, что она сядет на самолет со Скиппером и Майлзом, – она знала, что шансов попасть хоть куда-нибудь, кроме тюрьмы, практически не было.

Даже сейчас, стоя здесь, в глуши, она была уверена, что кто-нибудь их узнает. Их история транслировалась от одного побережья до другого, и вся Америка наблюдала за развитием их драмы, как если бы это было отличное развлечение, захватывающее реалити-шоу без продюсеров: две мятежные мамаши бегут от закона со своими детьми наперевес, в агентов ФБР стреляют перед бейсбольными стадионами, сумасшедшие отцы похищают девочек-подростков. Сочно и ненавязчиво. Невероятно, – подумала бы она, если бы это не случилось с ними.

Присутствие Джимми делало их немного менее заметными. Никто не знал, что он присоединился к ним, и, глядя на них с Джимми, уверенно шагающим в своей форме, можно было подумать, что они семья военного, которая наслаждается отпуском, а не знаменитые беглянки. Но в какой-то момент кто-нибудь их узнает и тогда все будет решено.

Хэдли, Скиппер и Джимми вышли из магазина, Джимми подбрасывал Майлза на сгибе руки, а Майлз смеялся громким гортанным смехом, который с каждым днем становился все громче. Скиппер расхаживал рядом с ними в своей новой форме, гордый, как павлин, демонстрирующий новые перья. На нем были камуфляжные штаны, камуфляжная куртка, камуфляжная кепка и коричневые ботинки. Он выглядел как супер-Рэмбо, но кривая улыбка и его странная походка уменьшали градус суровости. Скиппер явно обожествлял Джимми.