— Примитивная тактика, — сказала она, подходя ко мне и бросая оценивающий взгляд на мой доспех, который выдержал бой без единой царапины. — Как подобные твари тут выживают?

— Скорее всего, из-за отличного взаимодействия, — я протёр клинок специальной тканью, счищая едва заметные следы чужеродной крови. — И, возможно, из-за численности. Так что я бы поскорее убрался отсюда.

— Звучит логично, — Сяо Бай свернула свою карту и посмотрела на белёсое, безжалостное небо. — Даже если тут нет их соплеменников, кто-то может прийти на запах крови. Да и нам тут больше нечего делать.

Прежде чем я успел что-то сказать, её пальцы скользнули по серебристому кольцу на правой руке. Не было ни вспышки, ни движения воздуха. Просто её образ дрогнул, как отражение в воде, куда бросили камень, и за долю секунды испачканное платье исчезло.

Вместо него на ней оказался практичный костюм для путешествий: плотные штаны из тёмно-серой ткани, заправленные в высокие сапоги, и удлинённая куртка из того же материала, подпоясанная узким ремнём. Ткань выглядела прочной, немаркой и безупречно чистой.

Она проделала это так легко и непринуждённо, будто просто вздохнула. Ни концентрации, ни усилия.

Это было впечатляюще. Моё собственное кольцо хранения было для меня не более чем очень удобным рюкзаком. Достать оттуда что-то требовало хоть и недолгой, но всё-таки концентрации. То, что сейчас показала Сяо Бай, было совсем на другом уровне.

— Продвинутое кольцо хранения, — сказала она, заметив мой взгляд. Её губы тронула едва уловимая тень улыбки. — Мама специально сделала для моего путешествия. Может не только убирать или материализовать вещи, но также позволяет делать мгновенную замену и контролировать положение вещи, которую ты призываешь.

— Полезная вещь. Когда ты сможешь делать такие, то первое продашь мне, — улыбнулся я. — А теперь отправляемся.

Мы шли молча и в постоянном напряжении. Через несколько часов пейзаж начал постепенно меняться. Рваные чёрные скалы сменялись пологими холмами из желтоватого, пористого камня, похожего на гигантскую застывшую пену. Под ногами хрустел уже не щебень, а что-то хрупкое и звонкое, похожее на битое стекло.

Лишь тишина оставалась прежней. Конечно, неполная. Где-то вдалеке гудел ветер в расщелинах, издавая звук, похожий на плач. Но это лишь подчёркивало отсутствие всего живого: ни птиц, ни насекомых, ни шелеста травы. Только мы, наши шаги и это белёсое небо без солнца и облаков.

Постепенно тело наполнялось усталостью. «Дыхание острой стали» работало безостановочно, но я так и не смог поглотить ни капли энергии этого странного мира.

Сяо Бай шла чуть впереди. Она тоже двигалась с новой, экономичной плавностью, просчитывая каждое движение заранее.

— Чувствуешь? — внезапно спросила она, не оборачиваясь.

— Да, какая-то тяжесть. Словно идёшь сквозь воду, — немного подумав, ответил я.

— Значит, мне не показалось. Смотри на карту, — она замедлила шаг, дав мне подойти.

На её карте, в районе, где мы должны были находиться, была нарисована лёгкая, волнистая линия и стояла пометка: «Звуковой шлейф. Не останавливаться. Двигаться против течения».

— Против течения? — я переспросил, оглядываясь. Никаких рек, даже призрачных, не было видно.

— Не воды, — она покачала головой. — Звука. Слушай.

Я замер, прислушиваясь к окружению. Кроме ветра, теперь был и другой звук. Едва уловимый, на самой грани восприятия. Какой-то однотонный, низкий гул.

— Он идёт с севера, — сказала Сяо Бай, уверенно показывая направление. — Если идти туда, он будет нарастать. Судя по записям, он вводит в транс, заставляет забыть о цели, бродить по кругу, пока не кончатся силы. Но нужно идти на него, иначе он медленно подточит наши силы и убьёт.

Звуковая ловушка. Невидимая и смертоносная. Я кивнул, сжимая рукоять «Огненного Вздоха». Меч молчал, но его привычная тяжесть на поясе наполняла решимостью.

Мы двинулись прямо на север навстречу невидимому гулу.

Сначала ничего не изменилось. Просто звук, похожий на отдалённую работу каких-то гигантских мельниц, стал чуть явственнее. Но через полчаса ходьбы я начал ощущать признаки воздействия.

Мысли теряли остроту. Воспоминания о бое с ящерами, об испытании, даже о Юнь Ли — всё это стало мутным, отдалённым, как если бы я смотрел сквозь толстое, волнистое стекло. Склеп, Стелы — начали казаться абстрактной идеей, не стоящей таких усилий. Зачем идти? Здесь тихо. Здесь можно просто остановиться. Присесть на этот тёплый жёлтый камень. Отдохнуть.

Я едва не споткнулся, поймав себя на том, что мои веки тяжелеют. Рядом Сяо Бай шла, уставившись в одну точку перед собой, её лицо было пустым, как маска.

Я стиснул зубы, попробовав сосредоточиться просто на задаче — шагать. Однако это только усугубило ситуацию. Монотонность стала ещё одним витком петли, затягивающей сознание в трясину. И тогда я услышал новый звук, который помог немного очистить моё сознание.

«Огненный Вздох» гудел и дёргался в ножнах, пытаясь вырваться наружу. Его багровые прожилки пульсировали сквозь кожу ножен, отбрасывая на пыль алые блики. Он не просто звучал — он пел. Пел песню ярости, несгибаемой воли, стали и пламени.