Шрифт:
После горячего пятиминутного спора кок договорился о справедливой цене, передал ее казначею, который кивнул, а затем сказал Стивену:
– С вашего позволения, сэр, с вашего позволения, – С грот-рея спустили двойной трос, чтобы поднять огромную рыбу на борт.
Стивен снова поднялся на палубу, оставляя повсюду следы.
– Это было чудесно, просто удивительно! – воскликнул он, вырываясь из рук назойливого Киллика. – Я должен сбегать вниз за термометром.
Этой огромной рыбой пообедала вся команда фрегата; и так как был четверг, день починки одежды, то они сидели на палубе, некоторые чересчур объевшись, наслаждаясь легким ветерком, который смягчал жар солнечных лучей.
– Я едва ли могу припомнить более приятный день, – сказал Стивен, отрываясь от своих записей. – а вон там, прямо над возвышенностью за Кастельнуово, пара подорликов, почти в точности там же, где я увидел одного из них в первый раз. Я только жалею, что Джейкоба не было и он не смог увидеть эту кровь тунца. Но какой доклад я прочту в Королевском научном обществе, ха-ха... – Он обмакнул перо, отхлебнул еще кофе и продолжил писать.
– Вахта мистера Хардинга, сэр, – сказал мичман, – и катер у борта.
Джек последовал за ним и, взглянув на царившее в шлюпке безобразие, сказал:
– Отличная работа, мистер Хьюэлл. Не думаю, что кому-либо придет в голову заподозрить, что это шлюпка британского флота.
– Надеюсь, что нет, сэр, – сказал Хьюэлл, оглядывая жир, слизь, грязь и безвкусные украшения на носу и корме, спутанный такелаж и команду разодетых в невероятные лохмотья головорезов. – Мне не хотелось подниматься на борт в таком виде.
– Вся кают-компания покраснела бы от такого количества румян, – сказал Джек. – Ну, а теперь, мистер Хьюэлл, будьте добры, отправляйтесь. К счастью, ветер меняется, и я полагаю, назад вам не придется грести.
Так и вышло. На рассвете они заметили, как катер огибает мыс, идя круто к ветру и развивая скорость в добрых пять узлов; его команда потратила много времени на то, чтобы почистить лодку и самих себя, и хотя ни паруса, ни такелаж не соответствовали высоким стандартам "Сюрприза", пока боцман и парусный мастер снова не взяли дело в свои руки, Хьюэлл без колебаний поднялся на борт и даже не постеснялся позавтракать с коммодором и судовым хирургом.
– Итак, сэр, – сказал он. – фрегат там, перед старым замком, как вы и говорили, но там еще два вооруженных полакра, или, скорее, обычный полакр и еще один, с косым парусами, – оба из Алжира, как я понимаю.
– Сколько у них было орудий?
– Было очень трудно что-либо разглядеть, сэр, поскольку порты были закрыты, а с бортов свисали парусина и такелаж, но я бы сказал, что у них было, вероятно, двенадцать пушек на одном и, возможно, восемь на другом. Девятифунтовые, я полагаю, хотя не могу утверждать наверняка. На борту было полно народу.
– Береговые батареи, я так понимаю? – Джек плохо умел притворяться, и Стивен заметил искусственную беззаботность в его тоне, но продолжал неотрывно смотреть на кофе в своей чашке.
– Да, сэр, по одной на каждом конце мола. Мне не хотелось слишком привлекать к себе внимание, рассматривая их в трубу, но я думаю, что разглядел по шесть амбразур на каждой. О калибре орудий судить не могу.
– Нет, конечно, нет, – Джек помолчал. – Мистер Хьюэлл, будьте добры, угощайтесь беконом: он справа от вас в накрытом блюде.
– ---------
ГЛАВА ПЯТАЯ
Когда капитан Во, получив соответствующий приказ, поднялся на борт флагмана, он обнаружил, что в каюте капитана все еще уютно пахнет беконом, кофе и тостами.
– Доброе утро, Во, – сказал коммодор, предлагая ему стул. – Мистер Хьюэлл только что представил мне свой отчет о Рагуза-Веккьо, где находится бонапартистский фрегат. Как вы знаете, он пришвартован у мола напротив старого замка. Им очень не хватало припасов и снастей, но теперь, кажется, их снабдили алжирские друзья; в настоящее время с ним еще два судна, полакры, оба вооружены и имеют, возможно, по два десятка орудий на каждого – шести-, девяти-, или, самое большее, двенадцатифунтовых. Есть две береговых батареи по шесть пушек каждая, калибр неизвестен. Теперь, если, как мы думаем, у них есть весь необходимый такелаж, они, скорее всего, выйдут в море вместе со своими алжирскими спутниками: нынешняя ситуация заставляет некоторых людей думать, что Наполеон очень скоро захватит власть. Поэтому я считаю, что мы должны сейчас же разделаться с этим фрегатом. Мы подготовимся к бою, подойдем к ним и предложим сдаться; если они не подчинятся, тем хуже для них. А, может, и для нас: они несут восемнадцатифунтовые. Сегодня постный день, но я распорядился подать говядину вместо сушеного гороха, чтобы лучше подготовиться к бою. Вы можете принять это к сведению.
– Я тоже прикажу подать мясо, сэр, – сказал Во.
– При таком ветре и устойчивом барометре, думаю, мы должны подойти к Рагуза-Веккьо в четыре или пять склянок послеполуденной вахты. Но есть еще береговые батареи, мистер Хьюэлл сообщает, что там по одной на каждом конце мола. Посмотрите на карту, вот здесь. Он не смог определить, какие пушки там установлены, но даже девятифунтовые орудия, которые грамотно наводят, – а вообще-то французская артиллерия очень хороша, – смогут сильно нам досадить на подходе, повредив рангоут и даже мачты. У вас на борту, полагаю, полный комплект морских пехотинцев?