— Ляля, они же еще зеленые, — всплеснула руками Соня, — Будешь потом животом маяться.

— Он почти розовый, — ответила девчушка, — Пошли, — кивнула она Семёну.

Они прошли через деревенский задний двор, в котором гуляло несколько кур и гусей. Один из длинношеих погнался за Семёном и попытался щипнуть его за штанину.

— Знаешь, как они больно щипаются. Вон, видишь, у меня на ноге шрам остался, — девочка показала ногу с розовым полумесяцем шрама.

Они вышли за ворота и оказались на поле чудес.

— Далеко не ходи, а то провалишься. Вон туда кидай, — показала она пальчиком.

Семён кинул, и полотенце забелело сверху на навозной куче.

— Не боись, провалится, она преет, потом все в себя затянет, как в болото.

— Говорить ничего не надо? — спросил мужчина.

— Хошь, скажи, мамка шепчет чего-то, когда туды кидает. Скажи: всем врагам назло, — кивнула Ляля.

— Всем врагам назло, — сказал Семён, постоял немного и увидел, что постепенно полотенце стало уходить в кучу, — Пусть будет так, — добавил он.

Лялька унеслась вперед, а мужчина неспешным шагом проследовал за ней. Около ворот его ждал огромный пакет с огурцами и такой же пакет с кабачками. Посмотрел и рассмеялся, куда ему столько, но с Софией спорить не стал. Он перевел ей небольшую сумму на карту за потраченное на него время. Женщина вышла его проводить.

— Держись, Семён, и помни, ты скала, ты людям дан для проверки на вшивость.

— Радость-то какая, — усмехнулся он, — Благодарю вас, София, за помощь и за моральную поддержку.

— Всех благ, — кивнула она, — И посоли огурцы.

Они попрощались, и Семён рванул к себе в город.

Семён втащил в свою квартиру два огромных пакета с огурцами и кабачками. С тоской посмотрел на них, ибо обычную пищу готовить он не любил, а со всякими закрутками был знаком только в готовом виде. В детстве бабушка что-то такое делала, но ему было не до этого, да и разве он думал тогда, что ему в возрасте сорока с лишним лет привалит несколько килограмм огурцов и кабачков?

Может, их пристроить кому-нибудь и не заморачиваться с этими соленьями? Хотя Соня ясно дала понять, что их надо посолить, да еще и самому. Наверно, это очередной квест от ведуньи. Семён вздохнул и потащил все эти «сокровища» на кухню. Вытащил пару огурцов и слопал просто так, без ничего.

Вспомнил, что София их мыла и замачивала прямо в тазу. Где-то под ванной у него скрывалась такая посудина. Аленка в нем стирала руками свое дорогое нижнее бельишко. Когда уходила, то про тазик забыла, так он и стоял там в самом дальнем углу.

Семён потопал в ванную, там ему пришлось встать на четвереньки и шариться в недрах подванного пространства. Через минуту ему удалось найти тазик и вытащить его на божий свет. Когда он его вытаскивал, то внизу что-то упало тяжелое и звякнуло. Мужчине стало любопытно, и он стал светить под ванную фонариком. В самом дальнем углу лежал какой-то непонятный комок.

Рука туда не пролазила, и ему пришлось воспользоваться шлангом от пылесоса. В итоге он оттуда выгреб свой собственный грязный носок, набитый чем-то непонятным. Ему было жутко любопытно, что это такое. Носки он никогда не разбрасывал, ибо отличался брезгливостью и предпочитал их сразу складывать в определенную корзинку. Так что это не он сам туда закидал этот предмет гардероба.

Мужчина взял ершик и потыкал в носковый комок. Дзынь — отозвался сверток. Он его еще несколько раз ткнул. Ткань вдруг начала расползаться, и оттуда посыпались грязные и ржавые мелкие монетки. Семён с каким-то ужасом смотрел за происходящим. Голова снова отказывалась работать и логически мыслить.

— Вот и посолил огурчики, — вздохнул он.

Но ведь Соня сказала, что в доме подклада больше нет. А это тогда что? И вообще откуда? Кто это мог подложить к нему в квартиру? Семён запаниковал, потом несколько раз вздохнул и постарался логически мыслить.

— Сначала надо всё убрать, — сказал он вслух. — Она сказала, что подклада на смерть в доме нет. Значит, это не он.

Взял щетку и совок и собрал мелкие монетки и труху с резинкой от носка. Пока собирал, в голове рисовались картинки, как Карина подделывает разные документы и счета. Однако она никогда не была в его доме. Но всё же явно эта фигня была связана с финансами. Кто-то специально насыпал мелких монет в его носок и запрятал под ванную, прикрыв всё это дело тазом.

Недоброжелатель подложил эту гадость, и у Семёна в тот же промежуток времени началось воровство на фирме. Если бы он вовремя не проснулся, то это бы сильно ударило по его кошельку, да и должности бы лишился, и не только всех сбережений, но и квартиры. Может быть, это Аленина работа, она подкинула ему этот несчастный носок?