Шрифт:
Семён завернул в полотенце бумажный сверток и почесал в затылке.
— Лялька тебе потом покажет, куда скинуть его. Садись, рассказывай, зачем приехал. Явно не для того, чтобы я на тебя любовалась, — сказала женщина и принялась перебирать огурцы.
Мужчина собирался с мыслями и с духом.
— Ты это, пока не начал свой рассказ вещать, скажи мне одну вещь.
— Какую? — удивился он.
— Ты огурцы солить умеешь?
— Нет, — удивленно мотнул головой Семён.
— А есть любишь?
— Ну так, — пожал он плечами.
— Возьми часть огурцов с собой. Они пруть и пруть, пруть и пруть, словно в землю дрожжи насыпали. Я их вечером соберу, а утром снова все в огурцах. А я тебе с собой еще и кабачков дам за это. Ужо и не знаю, чего с ними делать, и курей кормила, и утей кормила, и коровам давала, и соседская коза приходила, ела, а они все не кончаются. Заберешь? — спросила с надеждой Соня.
— Ну ладно, — кивнул он.
— Вот и ладненько, а теперь рассказывай, чего у тебя тама стряслось приключилось.
Это ты им в наказание
Семён сидел на стуле и грыз выданный хозяйкой огурец, так сказать, помогал расправиться с нечаянно привалившим урожаем. Он только что закончил свой рассказ и ждал, что же на него ответит София. Женщина молчала.
— Ты чего от меня услышать хочешь? — спросила она.
— Мне просто интересно, за что? Я вот в себе покопался и ничего такого страшного в себе не нашел. Конечно, с Аленой понятно, в ней женская гордость взыграла. Расстались мы с ней не очень хорошо.
— Надо было расставаться хорошо, — хмыкнула Соня.
— А как? Многие ли пары расстаются хорошо? Даже если без ругани, без скандалов, все равно в душе есть какие-то обиды и взаимные претензии, — пожал он плечами.
— Бывает, что и нормально разбегаются.
— Значит, любви не было, или все настолько все умерло, что даже и корешки все в труху превратились, что даже цепляться не к чему.
— Так с чего это твоя Алена решила тебе порчу навести? — Софье стало любопытно.
София в процессе разговора мыла огурцы и обрезала им кончики.
— Мы с ней вместе прожили пять лет. Вначале я ей предлагал пожениться, но она отказалась, сказала, что штамп все испортит. Я ее предупредил, что больше предлагать не буду. Если хочет жить так, то я не против. Еще сказал, что детей у нас не будет. Она согласилась, и мы с ней стали жить. Честно скажу, жили мы хорошо, никаких взаимных претензий, никаких ссор. Обо всем договаривались. Она работала, тратила свои деньги на себя, я тратил на общий быт и на совместные поездки. Меня это устраивало, ее вроде тоже.
— Из-за денег что ли разбежались? — спросила Софа.
— Нет. Она принесла мне справку о том, что беременна, и потребовала на ней жениться.
— А ты не захотел.
— Я ее выгнал, — спокойно сказал Семён.
— Беременную женщину?
— Вот от кого она залетела, туда пусть и идет. У меня не может быть детей, — он отвечал холодно и отстранено.
— Ты уверен?
— На сто процентов, и даже на двести. Ни лечение, ни какие бабки, ничего не поможет. Я уже это все проходил. Я же ее не сразу погнал, а сначала сходил в клинику и снова сдал все анализы и сделал УЗИ, думал, а вдруг чудо. Перемен в организме не произошло, все как было глухо, так и осталось. На ее справку я предъявил свою. Она орала, как резанная, кидалась в меня разными предметами, клялась, что не изменяла мне. Я предложил ей сделать генетический анализ плода. Честно, я бы все оплатил. Она собрала чемоданы и ушла. Я попросил ее больше не возвращаться.
— Да уж, повезло тебе, так повезло, — хмыкнула София.
— С ней как бы все ясно, но вот почему такая фигня с остальными? — закрыл неприятную тему Семён.
— А ты себя давно в зеркале видел?
— Сегодня утром, брился, одевался. А причем тут это?
— Ну иди в зеркало посмотрись, вона там оно стоит в коридоре.
Семён решил, что это какой-то очередной ритуал, и отправился к зеркалу. Он покрутился перед ним, поправил ворот футболки и вернулся назад в кухню.
— Ну, чего увидал там? Расскажи, — попросила Соня.
— Приятный, видный мужчина, ухоженный, хорошо одетый, — начал он.
— Вот то-то и оно, что видный. Ты, как бельмо на глазу, все тебя видят. Кто-то хочет на твое место, а кто-то хочет твоих денег, а кто-то твоей свободы, да мало ли чему можно завидовать. Слишком выделяешься.
— И что, мне теперь переодеться в бомжа, уволиться с работы и пойти жить в переход? — возмутился он.
— Нет, конечно. Ты хотел знать, почему все это с тобой происходит, вот я тебе и ответила. Рядом с тобой такие люди, и ничего не попишешь, — пожала Соня плечами.