Я останавливаюсь в паре шагов и с деланным удивлением рассматриваю его:

— Надо же, мастера-медики уже поставили тебя на ноги? — морщу нос. — Оперативно. Но, судя по запаху, они забыли вычистить из твоих ушей грязь из канавы?

Теперь засмеялась моя группа, да и в чужих рядах послышались смешки.

— Что ты вякнул?! — Битч чуть не задохнулся от ярости, дернувшись в мою сторону, но тут же скривился из-за скованного плеча.

— Не слышишь? — я сочувственно на него смотрю. — Сильно, похоже, забились.

Новый взрыв хохота. Битч с красным лицом рычит:

— Жирдяй! Да я тебя сейчас!..

Он делает шаг, но тут Линария вдруг подается вперед, заслоняя меня:

— Не смей приближаться к моей группе, Новик! — звонко чеканит она.

Битч осекается и растерянно тормозит. Связываться с ней он явно не хочет. Ее-то благородные родители наверняка живы.

— Слушай, Дизринг, этот жирдяй же просто балласт, — Битч пытается сдать назад и примирительно вскидывает руку.

— Сказал Новик, которому пора прочистить уши, — бросаю я в сторону, вызывая очередную волну смеха.

Битч, багровый от унижения, яростно орет что-то неразборчивое, но назревающую драку прерывает раскатистый бас:

— Три группы в сборе? Отлично, Новики!

Из-за угла выруливает крепкий, как дуб, мужчина в простой холщовой кофте и штанах с завязками.

— Я — мастер Грон. Каждое утро вы бегаете со мной пятнадцать километров, — он небрежно кивает на часы на башне, стрелки которых показывают пять пятнадцать. — К шести тридцати все обязаны вернуться в Училище. Кто не успел — получает штрафной круг после ужина. Затем полтора часа силовой физподготовки тоже со мной. Ну а там уже, если выживете, завтрак, хах. Все уяснили? Бегом марш!

Он срывается с места и ныряет в распахнутую калитку, три группы несутся следом. Моя десятка бежит последней, ну а я, ожидаемо, замыкаю процессию. Утоптанная тропа за стеной, огибающая холмы, словно создана для кроссов, утренний воздух приятно холодит легкие. В своем старом, тренированном теле я бы принял эту пробежку за чистый кайф. Но сейчас?

Дикая одышка, режущая боль в правом боку. Это тело совершенно не готово к таким нагрузкам.

Краем глаза замечаю, что из восточной, южной и северной калиток точно так же выбегают другие группы за своими мастерами. Около сотни Новиков грамотно поделили на «классы» по тридцать человек. Разумно.

Третий километр уже точно позади. Я начинаю по-настоящему задыхаться. Сердце колотится где-то в горле, вкус железа на губах, я уже критически отстаю от остальных. Линария то и дело оборачивается на меня, озабоченно поджимая губы. Тимур, Дима и Кира бросают тревожные взгляды. А Битч, бегущий в соседней группе, не скрывает откровенного злорадства.

? [КРИТИЧЕСКОЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ]

Пульс: 174 уд/мин (Зона 5 — Экстремальная).

Статус: Нарастающее кислородное голодание мозга. Риск потери сознания через 4 мин 20 сек.

Я до хруста сжимаю челюсти. Все оказалось даже хуже, чем я предполагал. Я физически не смогу поддерживать этот темп, иначе просто рухну в обморок прямо на тропу. Думай, Леонид, думай. Ты ведь взрослый мужик, заслуженный педагог со стажем, а не сопливый пацан.

Черт! У меня же есть Система! Вчера, при инициации, она упоминала какой-то протокол «Знание Пути». Похоже, самое время проверить, что это.

— Знание… пути… — едва слышно хриплю я, хватаясь за ноющий бок, и сознательно тянусь мыслью к интерфейсу.

В глазах на миг темнеет, а затем реальность словно покрывается полупрозрачной тактической сеткой.

? [ПРОТОКОЛ «ЗНАНИЕ ПУТИ»: ТАКТИЧЕСКИЙ РАСЧЕТ МАРШРУТА]

Пройдено: 3.4 км.

Осталось: 11.6 км.

Текущий темп: 6 мин 40 сек / км (падает).

Расчетное время финиша: 06:48.

Прогноз: Норматив (06:30) невыполним. Вероятность провала — 99.9%.

— Спасибо, капитан очевидность, — с трудом выдавливаю я, моргая, чтобы прогнать пляшущие черные точки. — Идеи есть?

? [ПРОТОКОЛ «ЗНАНИЕ ПУТИ»: КОРРЕКЦИЯ БИОМЕХАНИКИ АКТИВИРОВАНА]

Изменить постановку стопы: Ударная нагрузка на коленный сустав превышает 450 кг. Зафиксировано разрушительное воздействие на хрящи. Прекратить приземление на пятку.