Крэйвел подошел и помахал Фелисии рукой. Она обрадовано улыбнулась ему и помахал в ответ. Паладин постучал кулаком по плите, намекая, что пора их выпускать. Фелисия с удивлением наблюдала, как по первому требованию паладина проход открылся.

– Все, мы летим домой, я договорился, – уверено заявил Крэйвел.

– С кем, прости? – удивленно спросила волшебница.

– С Вингрисом.

Фелисия потрясенно посмотрела паладину вслед, тот начал медленно подниматься наверх. Припомнив, какой долгий их ожидал подъем, Крэйвел решил вызвать волшебного ската. Они уселись на него. По пути он посвятил спутницу в детали своей беседы с личем.

– Так ты отправишься в погоню за своими падшими сослуживцем, – подытожила она задумчиво. – А я могу пойти с тобой?

– Зачем тебе? Это чертовски опасно. Я не могу гарантировать, что ты выживешь, – ответил Крэйвел.

Действительно, зачем ей все эти риски? Фелисия затруднялась дать точный ответ. Оказавшись втянутой в ренегатскую историю, она испытывала неугомонное любопытство, хотелось встретиться с этими сказочными врагами Селиреста, сразиться с ними, попробовать на зуб, оценить свои силы. Хоть Лирэй и достал ее своим нытьем, оказаться в его плену было довольно волнительным опытом. Девушка не считала, что потеряла время впустую, сидя взаперти.

Кроме прочего, ей был очень интересен ее новый знакомый. Сумасшедший вековой паладин, выслеживающий своих бывших коллег, когда еще такое встретишь! Если предположения Фелисии были верны, то ее спасителем стал один из легендарных героев Селиреста, о котором было написано не мало сказок и баллад. Хоть Фелисия никогда не интересовалось этой темой, догадаться оказалось не сложно. Древних паладинов не так много, ронхельцев и того меньше, лояльных ронхельцев – всего двое. Волшебница раньше слышала имя Крэйвела лишь изредка, оно вскользь упоминалась в чужих разговорах. А сейчас Фелисия имела честь встретиться с ним лично.

Вспоминая момент, на котором ее тихая и беззаботная жизнь прервалась, Фелисия впадала в уныние. Лазить по лесам да болотам и собирать корешки для магических снадобий – вот это азарт, вот это драйв! Попробовав на вкус настоящие приключения, волшебница уже не желала возвращаться к серым будням прошлого. Но она осознавала степень угрозы.

– Мне нужно подумать, – сказала она. – Прежде чем отправиться, пожалуйста, навести меня, и я скажу тебе, присоединюсь я или нет.

В ходе их монотонного подъема Крэйвел так же поведал волшебнице, что в Акрефе проблемы с едой. Даже будь у аристократки все семейное состояние при себе, она не сможет купить ничего съестного, так как паек на каждого жителя уже расписан и утвержден. Ни ей, ни Крэйвелу места в списке не нашлось.

Крэйвел в последний раз ел в храме, перед отправлением в Катакомбы Вингриса. В дорогу ему дали только несколько полосок солонины. Паладин не стал настаивать на большем, не планировал он объедать жителей Акрефа и по возвращении в город. А это значило, что придется заняться очень непривычным для граждан Селиреста занятием – охотой.

Крэйвел знал, что для волшебницы-аристократки есть дикое животное казалось варварством, не только жестоким, но и отвратительным. Сам он на своей памяти питался всяческой дрянью, его аппетит было трудно испортить, так что он не испытывал каких-то особенных переживаний по этому поводу.

– Неужели других вариантов совсем нет? – поразилась волшебница.

– Есть, но охота – самый оптимальный из доступных, – ответил Крэйвел.

Фелисия нахмурились в задумчивости. Это было ее первым столкновением с такого рода проблемами, она чувствовала растерянность и беспомощность. Она не была специалистом по выращиванию пищи, и не могла исправить ситуацию. Те навыки, которыми обладала она, не оставляли ей никакого другого выбора, кроме охоты.

– Итак... это дело рук Солигоста, – протянула она, явно обозленная на ренегата, лишившего ее завтрака. – Я отправлюсь по его душу вместе с тобой.

Крэйвел засмеялся, паладин понимал, что девушка шутит, но, даже будь иначе, он был бы рад компании.

– Если ты отправишься со мной, то нам придется охотится довольно часто, – предупредил он. – Невозможно таскать с собой бесконечные запасы еды.

Конечно, он был не совсем прав. Технически это было осуществимо, но слишком накладно. Остаток пути до выхода из катакомб Фелисия рассказывала паладину, как можно организовать постоянную подачу продовольствия при помощи телепортации. Но все упиралось в запреты церкви либо в потребность в источнике колоссального запаса магической силы. Для этого понадобился бы артефакт, подобный священным кристаллам.

– Может быть, для этого они и нужны ренегатам? – предположил Крэйвел.

Выбравшись на солнце, паладин присел на одном из камней, желудок недовольно заворчал, намекая, что для текущего уровня нагрузок слишком мало еды.

День близился к вечеру. Еще было светло, но солнце уже отдалялось от точки зенита. Крэйвел призвал волшебного грифона, чтобы они могли отлететь подальше от катакомб во избежание случайной встречи с Лирэем. Фелисия немного посокрушалась над тем, что грифона не получится съесть, но зато оценила возможность летной прогулки.