У кладбища, гроб установили на лафет и под мерную поступь почетного караула, в сопровождении толпы военных и гражданских, направились в дальний конец некрополя.

После троекратного салюта из карабинов, могильный холмик завалили цветами и венками. Оказавшийся рядом Семин, пояснил, что все организации, с которыми работал Дмитрий Сергеевич, по традиции, присылают венок.

Машку и Варвару, всюду таскал с собой, к моему удивлению, командующий округом. Причем, как я видел и слышал, говорил он с ними очень по-доброму и хорошо.

Это не помешало Масловой, уходя с кладбища, отделится от генеральской толпы, подойти и сказать мне:

— Я хочу тебя видеть на поминках.

— Конечно, обязательно, — ответил я.

Рейсовый самолет из Москвы прилетает в Архангельск в девять утра. Проснувшись перед посадкой я закурил, и мрачно подумал, что как не мечтай изменить жизнь, свинья грязи всегда найдет.

Пока я тусовался на воинских похоронах и поминках, жизнь продолжалась. Коля Родионов развил бешеную активность, дорвавшись до нормального дела. Действительно, ну что это такое, таскать бумажки между редакциями? То ли дело сейчас! Тут — зеки лес валят, там- конаковская лесобиржа ждет пиломатериал, а эшелоны мазута мчатся в город Вельск!

В прошлой жизни я старался держаться от нефтянки подальше.

Не из за криминальных опасений, бог весть. Нафиг тот капитализм, если я буду работать то, что мне совсем не интересно?

Именно поэтому я, рассудив, что всяко сумею заработать, в нефтянку не лез. Хотя звали часто. Но, как ни странно, именно оттуда прилетел выстрел, что закончил на пороге питерской налоговой мое существование.

Году в десятом, мне позвонил смежник по производству систем контроля. Директор оборонного завода, он относился ко мне с непонятным расположением. Мы приятельствовали, с неизменным удовольствием выпивая при встречах, и болтая о всякой ерунде, а не о сложных производственных делах и взаимных претензиях.

— Сергеич! — Коротко сказал он — тут у нас нового мэра выбрали. Он сегодня в Москву прилетает. Встреться с ним, поговори, может поможешь чем.

Встретив нового мэра ЗАТО* во Внуково, и наруливая в Москву, я искренне веселился. Вопрос оказался — фантастическим.

Мэрия ЗАТО владела 51% заправок ' ЮКОСа'. Ходор зарегестрировал собственность так для налоговых послаблений. Почти две тысячи заправок. При том что одна, самая чахлая заправка на «четыре соска», стоила тогда не меньше двухсот тысяч долларов. И несла доход не меньше чем десять тысяч долларов в месяц. А вообще то- больше.

Еще раз. Уже давно сидел Ходор. Уже давно прекратила работу ликвидационная комиссия ЮКОСа, отписав все активы в государству. И тут — какая неожиданность!

Больше того, сам мэр узнал об этом чуть ли не случайно. Верстая бюджет города, поинтересовался, что это за статья доходов- отчислений? Ну, ему и объяснили. И он, окуев сего числа, помчался в Москву. Даже не представляя, как и с кем нужно говорить на эту тему. К его счастью, ему порекомендовали меня. Я иногда задумывался, как бы он поступил самостоятельно. Чисто что бы повеселиться.

Потому что я, прямо из машины, позвонил своему другу, что трудился в бумагообороте на Старой Площади. И по простому сказал, что вот тут хороший человек в затруднении. По поводу юкосовских заправок.

Собственно разговора не получилось. Осознав, о чем я говорю, мой друг отключился и выключил телефон.

Я, договорившись с мэром все обсудить подробно на следующий день, высадил его на Ордынке. У чиновника, прилетевшего в Москву на пару дней, дел более чем дофига. А сам поехал к себе в контору, мне тож было чем заняться.

Но тут, ко мне приехал мой друг со Старой Площади. Бесконечно меня развеселив, он демонстративно выключил оба своих мобильника, и отнес их в соседнее помещение. Потом то же сделал с моим смартфоном, с моим планшетом, и с моим ноутбуком. А стационарный комп на моем столе не только выключил, но и отключил от сети. А потом спросил меня:

— Ты охуел?

Потом в крайне экспрессивных выражениях сообщил все, что думает про уродов, пытающихся обсуждать такие активы по телефону.

Лишь мои искренние и долгие заверения, что я всего секунд пятнадцать помечтал поиметь процент с такой сделки, его слегка успокоили. Но не сильно. Однако, он все же пообещал сделать пару звонков.

В общем, на следующий день, после трех, я привез того мэра в главный офис корпорации, что недалеко от Болотной. Оробевший мэр, был удостоен встречи и переговоров с огого какими людьми.

Я, от участия в переговорах уклонился, к тому моменту уже пребывая в досаде. И время теряется и дело мутное… нафиг мне оно все? Тем не мене, когда мэр удалился на переговоры с небожителями, я был, очень улыбчиво, и крайне доброжелательно удостоен коротенькой беседы.

Мужик, занимающий неслабое место в неформальной чиновничьей иерархии страны, поинтересовался у меня, при чем здесь я, и чего хочу.