Маленькое тельце задрожало, когда в абсолютно чёрный глаз посреди головы впечатался Аспект Ночи. Непроглядная Тьма окружила каждую его частичку, не позволяя сориентироваться в пространстве и заставляя глупо вертеть головой из стороны в сторону.

После Аспекта Ночи в дело вступил Аспект Безмолвия. Сначала он точными уколами обрывал связь лап с тельцем, но они довольно быстро прирастали обратно, будто чувствуя, где находится паук. Тогда Астерот поменял тактику: Аспект стелился ковром под насекомым, отрезая его от пропитанной Скверной земли. Теряя соединение с почвой, лапы иссыхали и истончались, а когда последняя из них была изолирована от подпиток Скверной, отвратительное существо тихо взвизгнуло и упало на толстый слой Аспекта. Трава и мох, больше не сплетённые воедино желанием существа, начали расползаться, вновь закрывая собой уродливую землю и потрескавшуюся плитку.

— Мне раньше казалось, что эльфы и их растительность более милые и дружелюбные. — усмехнулся Астерот, потирая руки. На его лице расплылась широкая улыбка, сменившаяся через секунду удивлением. — Это что, к нам?

Он уже готовился подойти к Лире и осмотреть её рану, как заметил движущуюся к ним толпу искажённых проклятием эльфов. Заросшие кровожадным мхом остроухие бежали вперёд совершенно безмолвно, даже остатки их подгнившей обуви не стучали по плитке. По примерным прикидкам Астерота, бежало к ним не меньше десяти «живущих в гармонии с природой», из которых половина была вооружена мечами и ножами, а остальные пятеро были настолько деформированы, что сами по себе могли сойти за оружие.

— Вот зачем визжала эта мелюзга! Чтобы позвать кого постарше и посильнее. Драться будем? — Астерот развернулся к своим союзникам и увидел, что с другой стороны на них идёт армия Истинных. Удивительно, насколько быстро Жрица сумела их найти, но ещё удивительнее то, что армия тоже шла практически бесшумно. Астерот даже был готов поклясться, что ему не показались эльфы, шикающие на своих собратьев за случайно вырвавшийся рык. — Великая и Всеобъемлющая, что это такое?

Травяной паук напал на них на развилке, и сейчас им оставалось пойти лишь по одной дороге. Переглянувшись, все припустили по разрушенной плитке, стараясь не наступать на набухший в некоторых местах мох. По приказу Астерота Шианхут нёс Лиру, безуспешно пытающуюся залечить свои раны. Постоянная тряска сбивала концентрацию и не давала сосредоточиться на использовании её дара.

Мимо них проносились полуразрушенные дома, остовы которых были изъедены магией и мхом. Понемногу дорога расширялась, что служило явным доказательством того, что они двигались в центр лагеря.

Оглянувшись назад, Астерот увидел странную картину, из-за которой едва не наступил на скопление мха. Истинные бежали бок о бок со своими поеденными природой родичами. Ни первые, ни вторые не спешили нападать друг на друга. Эльфы как будто сговорились сначала уничтожить Тёмного и его соратников, а потом уже разобраться между собой.

Вдалеке замаячила центральная площадь. Через несколько шагов её можно было рассмотреть, и увиденное Астероту не понравилось. Почти вся плитка была покрыта плотоядным мхом, в самом центре росли два гигантских цветка наподобие того, что встретил Астерота, как только он оказался в этом месте.

Вздохнув, он начал прямо на бегу выводить из рапиры Демоническую Материю. Она плохо слушалась, будто обидевшись на то, что её почти ни разу не использовали, или, скорее, Астерот просто не привык с ней управляться. Инфернальная Материя согревала, дарила ощущение уюта, как будто он сейчас не убегал от потерявших разум эльфов, а сидел дома у камина.

За несколько шагов до начала настоящих зарослей, которыми оказалась центральная площадь, Тёмный перевёл Материю в Аспект Огня и выпустил веером на коричневый мох и грязно-красную траву. Получилось у него не очень хорошо, но главную свою задачу Материя выполнила: растения загорелись, вверх начал подниматься столб красно-чёрного дыма.

Позади послышался стук падающих тел, а затем безумное рычание и треск костей вперемешку с чавканьем. Местные эльфы, не вынеся мучений горящего мха, падали, корчась в муках, а вечно голодные Истинные, позабыв про тишину, накинулись на буквально упавшую им под ноги еду. Оттуда доносились радостные визги и счастливое рычание, которые пыталась перекричать Жрица, призывающая своих «детей» успокоиться и продолжить преследование.

Казалось, что всё складывалось как нельзя лучше, но тут сверху послышался клёкот. От этого звука кровь стыла в жилах, а когда Астерот, уже убежавший с остальными ближе к центру площади, увидел сине-зелёные разряды, которыми неизвестные взрывали Истинных, то чуть не врезался в то, что осталось от портала.

Существа, замершие где-то над ними, на границе столба дыма, расстреливали приспешников Жрицы тонкими полосами из Материй Смерти и Жизни. Две цветные линии красиво переплетались в воздухе и затем сталкивались, с громким хлопком превращая от одного до пяти Истинных в кровавую кашу. По плитке к ним уже полз мох, желающий отведать их чёрной крови, растёкшейся по земле.

Астерота и остальных спасал лишь огонь, окруживший их. В начале туннеля неизвестные закидали начинающийся пожар трупами, щедро полив мох кровью, и мох пережил распространяющийся огонь, а в глубине зарослей пожар только набирал обороты, заодно создавая дым, в сочетании с листвой выросших здесь деревьев дающий неплохое укрытие.

— Прикройте меня, если что. Я попробую открыть портал! — шепнул Астерот Циту и кинулся к овальной арке. Шианхут положил рядом с ним Лиру и вытянул руки вперёд. Благодаря разрешению Тёмного он мог взять немного Материи и воссоздать брошенные им на развилке мечи. Цит и Убийца приготовились отразить возможную атаку, о её не было: Истинные были слишком заняты с внезапными гостями.