Значит, все же темный цех. Значит, не зря Арман приказал передать еще кое что:

— Не беспокойтесь об этом. Арман дал слово, что вам сегодня ничего не грозит в замке.

— А ты... — незнакомец пригляделся к Лиину, и глаза его в тени капюшона мелькнули синим. — Ты хариб целителя судеб. Я рад, что тебе удалось встретить своего архана. И его спасти.

— Вы! — вспыхнул Лиин.

— Да, это я свел вас с Алкадием. Ты чем-то не доволен? Ничего не хочешь мне сказать?

— Спасибо, мой архан... — выдохнул Лиин, и подал незнакомцу амулет призыва. — Если бы не вы...

— Я рад, что ты это понимаешь. Вижу, ты сообразительный малый. И, на твое счастье, не обидчивый. Скажи Арману, что я принимаю его приглашение и приду, когда он позовет. Но. — Он внезапно положил руку на плечо Лиина и прошептал ему на ухо: — Будь осторожен, мальчик мой. Город сейчас не совсем хорошее место для высших, и даже лошадка Армана тебя, если что, не спасет от стрелы в спину. Твой архан будет горевать... еще решит отомстить нашему цеху. А кому это надо — ссориться с самим целителем судеб?

— О чем вы? — не понимающе переспросил Лиин и моргнул: спрашивать уже было некого.

Незнакомец исчез, снег все сыпал и сыпал, заметая следы: единственное свидетельство недавней встречи. Перебирал рядом копытами Искра, фыркал недовольно, стриг ушами. И сыпались, оставляли пропалины в снегу, с его шкуры искры.

Лиин погладил ларийское чудовище, похлопал его по шее, обжигая ладони даже через перчатки, и послал волну зова.

Кружился вокруг снег, укрывал мост, застывшую подо льдом речку толстым одеялом. Звякнул где-то вдалеке колокол, выходили из-под вихрящихся снежинок, падали на колени люди... много людей...

— Мой архан, ты вернулся... ты пришел за нами, — тихий шепот. Один, два, три... тридцать. Пришли все. Маленькая армия его архана.

Лиин открыл глаза, согнул в локтях руки, поднял их ладонями вверх, приказывая им встать. Дал силе выход, одурманивая, зовя за собой, облекая слова в приказ:

— Вы должны последовать за мной в замок.

— Ты не Эррэмиэль, — понял, наконец-то, один из магов.

— Я его хариб. Я приказываю вам явиться в замок.

Что приказ был не Эррэмиэля, а его брата, Лиин не уточнил. Он лишь мог надеяться: Арман знает, что делает. И понимает: за боль каждого из этих людей Рэми спросит строго.

— Но... ты не знаешь, как это сейчас опас... — прошептал один из магов и осекся...

Лиин выдохнул, спину его разодрало болью, взвился на дыбы Искра, а кто-то из магов не дал упасть, подхватив у самой земли и помогая опуститься на колени. Вспыхнул над ними щит, маги встали на мосту плотнее, вылетели из теней улиц люди... много людей. И кто-то рядом прохрипел:

— Проклятие! Знал, что добром это не закончится. Наша магия бессильна... у всех амулеты поглощения. Что нам теперь делать? Мы даже портала не создадим...

Хлопнули где-то в вышине огромные крылья, всхрапнул встревожено Искра, а Лиин развел руки, глядя на выглядывающее из груди острие стрелы. Насквозь... больно... и в тот же миг разорвал снежную тишину колокольный звон... храм Радона. Близко... мысли текли медленно, пробиваясь через боль, все так же били где-то в вышине крылья, звал, манил колокольный звон.

— В храм... — выдохнул он.

— Нас туда не пустят, — усмехнулся кто-то над ухом, и Лиин сам не зная почему уверенно ответил:

— Пустят!

— Давай! — крикнул кто-то. Ударил в щит, сгорел ворох стрел. — Терять нам нечего! Долго мы не протянем, храм наша последняя надежда! Отходим... на коня его!

Лиин хотел возразить, что Искра не послушает чужого приказа, не будет помогать чужакам, но конь Армана стоял смирно. И, когда на него посадили Лиина, заставили держаться в седле магией, начал аккуратно, очень аккуратно идти. Бились о щит, истощали магию чем-то начиненные стрелы, шли рядом с конем люди, по мосту, меж суровых, тяжелых стен домов, по широким ступеням храма... к наглухо закрытым дверям.

— Говорил же, не пустят! — сказал кто-то, и Лиин из последних сил послал зов, и падая кому-то на руки, знал, что его услышали. Его уложили на бок прямо в снег, стоял рядом, тревожно фыркал Искра, опускал к Лиину дышащую теплом морду. Отворилась дверца в массивных воротах, расплылось перед глазами, когда знакомый и незнакомый голос выдохнул:

— Что ты здесь делаешь, Лиин?

Почему услышал он? Почему опустился рядом на колени, помогая сесть? Даже обнял за плечи, удерживая. Да что он вообще делает в этом храме, вождь Виссавии?