– Разумеется, - подтвердил я.
– Разумеется, я это знаю.

Мы приближались к маленькому острову. Обломки прибитого к берегу дерева на песке превратились в два человеческих существа. На одном была белая одежда, на другом - наряд цвета хаки. Несмотря на предупреждение Мендерфилда, я с радостью узнал Хэриет - она мне еще очень пригодится этой ночью. Я перевел рычаги в нейтральное положение, оглянулся назад и начал медленно поднимать двигатели, задрав винты так, что они едва касались воды. Затем вновь включил сцепление и повернул к островку. Непривычное положение винтов затрудняло управление. Вода впереди стала бледнее и мельче.

– Остановись там. Мы к тебе доберемся. Не забивай мне двигатели песком.

Голое принадлежал Хэриет. Я остановил двигатели и перевел взгляд на две фигуры, направляющиеся к катеру. Наряд спутницы Хэриет напоминал замысловатую белую атласную пижаму, подходящую больше для будуара, чем для пляжа, не говоря уже о прогулке по воде. Сохранность дорогого одеяния, похоже, не слишком тревожила владелицу, возможно, потому что, как я убедился, когда она подошла поближе, оно еще раньше успело промокнуть и основательно перепачкаться в грязи и песке. У нее была отличная фигура, почти красивое лицо и короткие черные волосы.

Хэриет первая добралась до катера и ухватилась за планшир. Я опустил ногу и слегка надавил на ее пальцы.

– Что это ты пытаешься стащить, милая? Она посмотрела на меня снизу вверх и рассмеялась.

– Ты же просил женщину из семьи Фиппс, не так ли? Вот она. Чем же ты недоволен? Тебе ведь требовалось доказательство, что нам известно настоящее место, не так ли?

Я оглядел ее смеющееся лицо и улыбнулся. Меня как нельзя больше устраивало то, что ей вздумалось надо мной подшутить. Это развязывало мне руки. Теперь я смогу отыграться со спокойной душой.

– Совершенно верно, - сказал я, убирая ногу.
– Добро пожаловать на борт, капитан Робинсон. Будьте добры, помогите забраться миссис Фиппс, пока я провожу нашего гостя... Давай, Морган. Перебирайся за борт.

Мгновение спустя Хэриет стала за штурвал и начала осторожно выводить катер с отмели. Стоящий по колено в воде Морган остался позади. Вскоре он повернулся и медленно побрел к острову. Больше идти ему было некуда.

Я стоял на кокпите большого катера и смотрел в бинокль, который позаимствовал у Брента - стандартный большой морской бинокль. Открытый катер Хэриет теперь шел на буксире за кормой, раскачиваясь, когда "Ред барон" набирал скорость. За ним вдали постепенно исчезал из виду Литтл Грэсс Ки. К острову причалила небольшая корабельная шлюпка с одним человеком на борту. Сейчас в нее перебирался второй пассажир. Затем шлюпка развернулась и направилась к большому белому рыболовному судну, поджидающему ее на глубине. Я проводил ее взглядом.

– Что вы рассматриваете?

Голос принадлежал миссис Уэллингтон Фиппс, черноволосой матери красавицы блондинки Хазелтайна. Я оглянулся. Эта женщина не слишком подходила на роль матери. Скорее она напоминала очаровательного ребенка, который играл на пляже и перепачкал свою новую атласную пижаму. Теперь я совершенно уверился, что не видел ни одного фильма с ее участием. Я бы ее запомнил.

У меня промелькнула мысль, что я допустил серьезную ошибку. Мне следовало "проявить сообразительность и устроить все так, чтобы на пустынный остров вместе с миссис Фиппс высадили меня, а не Хэриет, которая скорее всего даже не оценила этого в должной мере. Разумеется, я не мог знать, что придется иметь дело именно с этой дамой. Увы, я упустил свой шанс.

Помимо наличия у нее мужа, если он был еще жив, в отношении этой женщины меня несколько смущало лишь одно: странная сдержанность, с которой она приветствовала Хазелтайна и столь же натянутое поведение с его стороны. Что ж, отношения между зятем и тещей зачастую складываются не лучшим образом.

Я ответил так же громко, как она, стараясь перекричать грохот двигателей.

– Хотел посмотреть, пристрелят ли они его на месте или отвезут в открытое море, чтобы избавиться от него без свидетелей.

Глаза миссис Фиппс расширились.

– Пристрелят его? Вы шутите? Я покачал головой.

– Этот человек покойник, миссис Фиппс. Возможно, ему удастся прожить еще несколько часов, если они вздумают дождаться темноты, но не больше.

– Но если они ценят его настолько, что согласились на этот обмен, чтобы заполучить его назад...

– Они хотели получить его назад, чтобы пристрелить. Вот и все. Во-первых, останься он в наших руках, не исключено, что нам удалось бы убедить его рассказать нам то, о чем ему следовало молчать. Во-вторых, речь шла о поддержании дисциплины. Хотя, по правде говоря, они не так уж сильно жаждали получить его назад. Этот человек всего лишь пешка в сложной шахматной партии, миссис Фиппс. Как и все мы.

– Но вы передали его в их руки, зная, что его убьют?

Эта женщина меня разочаровывала. Опять этот набивший оскомину, лишенный здравого смысла, но доведенный до автоматизма инстинкт человеколюбия. Нельзя допустить гибели человека, даже если в противном случае с жизнью расстанется дюжина других людей.

– У меня был выбор, - ответил я.
– Группа невинных людей, силой удерживаемых где-то на побережье Кубы, или один профессиональный убийца, на руках которого еще не просохла кровь. Если вы считаете, что я принял неверное решение, еще не поздно все изменить. Мы развернем катер и, возможно, успеем перехватить эту шлюпку раньше, чем она доберется до судна. Слушаю вас, миссис Фиппс.
– Она молчала. Не дождавшись ответа, я сказал: - Простите, мне нужно вернуть бинокль нашему навигатору, пока он не начал водить нас кругами...