– Я хочу быть с вами. Не заставляйте меня ждать где-нибудь в безопасном месте. Я улыбнулся.

– Рад это слышать, поскольку не успел позаботиться о том, чтобы подготовить для вас - или вернее для вашей дочери, которую ожидал увидеть - безопасное место.

Некоторое время она молчала, затем тихо произнесла:

– Мистер Хелм, я люблю этого кучерявого, помешанного на море проходимца, за которого вышла замуж. Пожалуйста, постарайтесь его спасти. Я согласна провести всю оставшуюся жизнь на его паршивых яхтах, если вам удастся отыскать Гуляку.

– Только Гуляку?
– сухо поинтересовался я.

Миссис Фиппс нахмурилась.

– Конечно, я беспокоюсь и о Лоретте, но, говоря между нами, мы с ней не слишком ладим, хоть она и моя дочь. Грубо говоря, я смогу прожить и без нее, если возникнет такая необходимость. Матери не пристало произносить подобные вещи, но это правда.
– Она отрывисто рассмеялась.
– Итак, я открыла перед вами душу. Что вас еще интересует?

В результате я узнал, что эстебанец с тремя пальцами, помощник, кок или капитан - не знаю, кем именно значился Лео Гонсалес - извлек пару пистолетов и повел "Аметту-два" на восток от Багамских островов. В чем ему помогал один из молодых членов команды.

– Бадди Якобсен, - хмуро сказала Аманда.
– Участвовал в деле самым активным образом. Неустанно именовал себя либералом, хотя не понятно, что либерального он находит в похищении и убийстве.

– Убийстве?

– На борту находился еще один парень, Сэм Эллендер, который не спасовал и попытался наброситься на Лео, когда тот отвлекся. Бадди его застрелил. Они погребли Сэма в море, если это можно назвать погребением. Завернули в парусину, привязали кусок якорной цепи и выбросили за корму...

После чего они плыли еще несколько дней. Семью Фиппсов заперли в большой каюте на носу. Наконец яхта бросила якорь, и им позволили подняться на палубу. Они увидели, что находятся в маленькой бухте, окруженной пальмами. Им сообщили, что на берег переправили все паруса, а также шлюпку и спасательные жилеты. Двигатели вывели из строя. Поэтому на яхте им не сбежать. Если у них возникнет желание вплавь добраться до берега - пожалуйста, остров, у которого они остановились, слишком мал, чтобы на нем можно было укрыться. В противоположном направлении, к северу, протянулись не слишком приятные на вид отмели, рассеченные фарватерами, а за ними земля. Это была Куба, где на дружеский прием рассчитывать не приходилось.

– И мы остались на яхте, - угрюмо продолжала Аманда.
– В некотором смысле это было лучше, чем если бы нас отвели на берег и заперли в кишащем крысами сарае. Генератор они не сломали и у нас оставались электричество и свет. По мере необходимости нам приносили пищу и воду. На борту всегда оставался один охранник. Мы смогли бы с ним управиться - разумеется, мы подумывали об этом - но это представлялось бессмысленным. Бежать было некуда.

– В общей сложности, с того времени, как вашу яхту захватили, прошло около пяти недель, - осторожно заметил я.
– Более четырех недель вы провели в бухте, и все это время ничего не происходило. Не знаю, правильно ли я вас понял, но звучит это довольно странно.

Мгновение она пристально смотрела на меня.

– Вы неправильно меня поняли, мистер Хелм. Поначалу событий хватало. Только по прошествии недели все настолько вошло в колею, что можно было свихнуться от однообразия этой тюрьмы.

– Но вы не хотите рассказывать о том, что происходило?

– Нет, - ответила она.
– Я не стану вам рассказывать. Сначала я хочу посмотреть, как сложится сегодняшний вечер. Хочу обдумать все самым тщательным образом, прежде чем говорить об этом. Чтобы говорить только правду.

– Тогда попытайтесь сказать правду мне, миссис Фиппс, - попросил я.
– Хазелтайн каким-то образом замешан в этой истории? Возможно, этой ночью от него будет зависеть моя жизнь и жизни нескольких других людей. Если мне следует о чем-то знать, скажите сразу.

– Если бы это могло повлиять...
– Аманда быстро встряхнула головой.
– Нет. Думаю, что могу с полной определенностью сказать: то, о чем я молчу, никому не повредит.

– Ладно, - проговорил я.
– Тогда, как говорят во флоте, полный вперед.

Они провели в заточении уже несколько недель, когда однажды ночью были разбужены прибытием еще одного судна. Утром они увидели, что в пятидесяти футах от них бросила якорь большая моторная яхта. Связаться с тамошними пассажирами им не позволили. Много позже, всего несколько дней назад, на посадочную полосу, которую частично очистили их похитители, приземлился самолет.

– Там с самого начала находилось около полудюжины человек, - в ответ на мой вопрос пояснила она.
– Не считая Лео и Бадди Якобсена. После появления Лео командование в большей или меньшей степени перешло к нему. Нам это было на руку, поскольку он все еще чувствовал себя обязанным заботиться о нас после стольких лет службы. На второй яхте прибыли еще два человека. После приземления самолета появилась девушка, темнокожая девушка в форме стюардессы. Мы видели в бинокль, как она с пистолетом в руке выводит из самолета пассажиров. Их переправили на вторую яхту, наверное, потому что там было больше места.
– Она поколебалась.
– Не знаю, имеет ли это значение, но мы узнали одного из пассажиров самолета: делового партнера Билла Хазелтайна по имени Адолфо Элайр. Мы познакомились с ним год назад, когда плавали на остров Розалия, что в группе Наветренных островов. Это было отличное путешествие, но Билл намеревался заключить какой-то нефтяной контракт, и, по-моему, ему это не удалось...