– Все мы после смерти превращаемся в незначительные детали, - хмуро заметил я.

– Фактом остается то, что мы - ты - ухватился за тоненькую нить, которая, возможно, способна привести к объяснению всех трех исчезновений.

– Моя интуиция, а я склонен ей доверять, подсказывает, что никуда она не приведет. Я уже говорил, что, по-моему, кто-то собирает коллекцию отправляющихся в плавание и вылетающих в полет миллионеров. Лейси Роквелл, а равно и ее брат, не принадлежали к их числу, а составителя коллекции не зовут Робин Ростен.

– В таком случае миссис Ростен оказалась в весьма незавидном положении, - спокойно заметил Мак, - поскольку ей очень скоро начнут задавать вопросы нетерпеливые люди, исходящие из предположения, кстати не столь неправдоподобного, что она связана с этими исчезновениями. И как только они ею займутся, откроется, кто она на самом деле. Тогда уж, вне зависимости от всего остального, ей придется вернуться в Мериленд и предстать Перед судом с целым рядом старых обвинений, среди которых не последнее место, помнится, занимает соучастие в убийстве.
– Мак многозначительно помолчал.
– Конечно, всего этого можно избежать, если расследованием займется человек, настроенный по отношению к упомянутой даме более-менее благожелательно.

Я тяжело вздохнул и мрачно посмотрел на него.

– Не верю, - заявил я, - слышу, но не верю своим ушам, сэр. Вы и в самом деле пытаетесь заставить меня взяться за дело, не имеющее к нам ни малейшего отношения, угрожая женщине, которая сделала все возможное, чтобы меня прикончить?

– Приходится работать с тем, чем располагаешь, Эрик, - сухо отозвался Мак.
– А располагаю я всего лишь упрямым сентиментальным олухом...

Флорида Киз являют собой пример экологической катастрофы, осуществил, или по меньшей мере дал толчок которой человек по имени Флеглер. В свое время его посетила безумная идея соорудить железную дорогу, - которую современники несомненно окрестили Глупость Флеглера. Дорога эта протянулась в море на сотни миль, перепрыгивая с острова на остров до Ки Уэст. Детище его просуществовало недолго и было снесено ураганом. Однако ненасытные строители автострад с готовностью продолжили его дело.

В результате цепочка прекрасных тропических островов превратилась в самую длинную в мире череду мотелей и заправочных станций, почти ничем не отличимую от тех, что встречаются в окрестностях больших городов, но с обеих сторон окруженную водой. По крайней мере, именно такое зрелище открывается с так называемой Заморской Магистрали: уходящая в даль, нелепая и рискованная полоса, перемежающаяся бесконечными узкими мостами, которые, по всей видимости, представляют собой радикальное средство борьбы с перенаселенностью в здешних местах.

Однако вдали от гнетущего многолюдья шоссе все еще сохранились зеленые оазисы спокойствия, которых почти не коснулись грязные лапы цивилизации. (За время, проведенное здесь с Лаурой, я успел прийти к выводу, что лучше всего острова Киз смотрятся на расстоянии, когда ты удаляешься от них на катере, будь-то в глубокий Атлантический океан, с одной стороны или в мелкие воды Мексиканского залива, с другой. Чем дальше ты отплываешь, тем прекраснее становятся острова. Когда же они превращаются в едва различимые точки на горизонте, можно дать волю воображению и представить, что там все еще первозданный тропический рай, которого не коснулись экскаваторы, бетономешалки и дорогоукладчики).

Морской курорт Фаро Бланке - именно так звучало его полное название - представлял собой один из таких прибрежных поросших пальмами анклавов в глубине враждебной территории, покоренной гамбургерами и хот-догами. Курорт напоминал большой парк, раскинувшийся на выходящей к Мексиканскому заливу северной стороне Ки Бака, в тени деревьев которого изредка встречались коттеджи для отдыхающих. Я остановился неподалеку от административного здания и вылез из взятой напрокат машины, на которую пересел у посадочной полосы в Марафоне. В Марафон меня доставил небольшой самолет, который сначала подбросил Мака в аэропорт Майами, где он предполагал пересесть на северный рейс.

– Будь осторожен, Эрик, - напутствовал он меня на прощание.
– Судя по досье, женщина эта чрезвычайно опасна.

– Надеюсь, что это и в самом деле так, сэр, - ответил я.
– Более того, я на это рассчитываю.

К этому времени он уже успел проделать половину пути к Вашингтону, если, конечно, попал на рейс. Мне же предстояло возобновить знакомство с женщиной, которая дважды покушалась на мою жизнь. С этими мыслями я зашел зарегистрироваться в административное здание мотеля.

– Мистер Хелм?
– переспросила сидящая за стойкой привлекательная брюнетка.
– Ах, да, вот и вы. Мэттью Л. Хелм. Ваш коттедж номер двадцать шесть. Объедете вокруг этого здания и найдете его справа, примерно на полпути к гавани.

– Я собирался немного порыбачить, - сказал я.
– Один мой друг порекомендовал сопровождающего по фамилии Робинсон. Вернее, сопровождающую.
– Я улыбнулся. Я решил рискнуть.
– Не подскажете, как ее найти?

Девушка довольно холодно произнесла:

– Похоже, мистер Хелм, вы считаете, что женщина не способна найти для вас рыбу, поскольку это исключительно мужская работа?
– И неожиданно рассмеялась.
– Кажется, прорываются мои феминистские убеждения. Думаю, вы найдете капитана Хетти на одном из ее катеров, либо на двадцатидвухфутовом "Мако", который стоит неподалеку от портовой конторы - это здание на пирсе, похожее на маяк - либо на сорокафутовой посудине, на которой она живет. Это первый катер в чартерном ряду, сразу за баром и рестораном. Сориентируетесь по надписи: "Квинфишер", капитан Хэриет Робинсон. Не пропустите.