– Кем бы она ни была, ей придется запастись терпением, - заметил я.
– Ко мне уже выстроилась очередь. Каждому клиенту обещаю по пуле.

– Мне твоей пули не досталось.

– Виноват. Придется одарить твоего дружка Моргана двумя. Это тот самый здоровяк с длинными волосами?
– Мне показалось, что она кивнула.
– Предполагалось, что он займется мной на балконе, куда ты собиралась меня отвести, да? Но ты решила, что и сама управишься, раз уж мне захотелось обедать внутри. Но к чему такая спешка? Ведь ты разработала потрясающий план со всеми этими таинственными маяками в Флорида Киз...

– Он бы все равно не сработал. Ты вел себя слишком вежливо и предупредительно, но вместе с тем и слишком настороженно. Я поняла, что ты что-то заподозрил.

– Ответь мне на один вопрос. Где настоящая Лейси Роквелл?

– Не знаю.
– Голос ее стал совсем слабым.
– Им так и не удалось найти брата, хоть яхта и пыталась его перехватить, чтобы он не смог вмешаться. Но океан велик, и он где-то затерялся. Я и в самом деле не знаю, что они сделали с девушкой после того, как дали мне переговорить с ней и выяснить все необходимое, чтобы сыграть ее роль...
– Она застонала от внезапного приступа боли. Возбужденные голоса с обеих сторон раздавались все ближе. Девушка прошептала: - Я умираю, да?

– Надеюсь, что да, - сказал я.
– В противном случае пришлось бы отправить моего помощника учиться стрелять.

После мгновенного потрясения ей удалось изобразить на лице тень улыбки.

– Спасибо, - пробормотала она.
– Спасибо, что не считаешь себя обязанным юлить и уверять, что со мной все будет хорошо.

– Такой чепухой занимаются только дилетанты, - заметил я.
– Но ведь мы-то профессионалы, не так ли?

– Да, но как ты догадался?
– выдохнула она.
– Мне казалось... мне казалось, что у меня все идет... хорошо. Но ты знал с самого начала. Откуда?

– Это было нетрудно, малышка, - ответил я.
– Ты действовала отлично, просто превосходно, ты была умна и очаровательна, мне от всего сердца хотелось поверить тебе, но все, с самого начала, проходило слишком легко.

Я замолчал. Разговаривать стало не с кем. Рядом не осталось ничего, кроме залитого кровью белого платья, белых туфелек, белой сумочки и прочей неодушевленной материи. Люди быстро приближались и настала пора вновь превращаться в безобидного фотографа, потрясенного и растерянного, на глазах у которого только что застрелили красивую невинную девушку...

В гостиницу я добрался уже засветло. Предварительно мне пришлось разыграть свою роль в присутствии нескольких заинтересованных зрителей, состоящих из представителей местной полиции и мистера Рамсея Пендлитона. Я поднялся на лифте к себе на этаж, извлек ключ и уже готов был беспечно вступить в комнату, как и пристало невинному гражданину, смертельно уставшему после трагической бессонной ночи. Но что-то заставило меня передумать, и я предпринял некоторые меры предосторожности, рекомендуемые инструкцией. И не ошибся.

– Рад, что ты не утратил бдительности, Эрик, - отозвался Мак, сидящий в кресле у окна.

Я бросил хмурый взгляд на знакомую фигуру в знакомом сером костюме и на знакомое лицо с густыми черными бровями под знакомыми седыми волосами. Подобно ученику, взирающему на нависшего над ним учителя, я пытался сообразить, какую же ошибку допустил на этот раз. Время от времени Мак выбирается из Вашингтона, но не настолько часто, чтобы мы успели привыкнуть к его появлениям посредине задания.

– Зря я забрался в эту гостиницу. С тем же успехом можно было уединиться в зале ожидания аэропорта, - сказал я. Потом закрыл и запер за собой дверь.
– Добро пожаловать в Нассау, сэр.

– Как у тебя сложились отношения с властями? Я изобразил на лице задумчивое выражение.

– Не стану утверждать, что все безоговорочно поверили в мою историю, но и лжецом меня открыто никто не называл. Официально все силы брошены на поиски таинственного длинноволосого господина, который следил за несчастной девушкой, чем до смерти ее напугал.

– Я получил отчет о ситуации от местного персонала, но в нем есть некоторые пробелы. Надеюсь, ты поможешь их заполнить. Кроме того, поступила жалоба.

Последние слова заставили меня задуматься над удивительным фактом: люди, которые кажутся вполне порядочными, когда смотрят тебе в глаза, способны коренным образом измениться, когда твое место занимает зажатая в дрожащей от нетерпения руке трубка телефона.

– Да, сэр, - проговорил я.
– Воздух сотрясать он мастер.

– Фред хороший парень.

– Я и не думаю оспаривать его человеческие достоинства. Во всяком случае те, о которых мне известно. Мне не по душе то, как он обращается с оружием, точнее говоря, время, которое на это уходит.