Шрифт:
Всё и сразу.
Но уже его собственный организм отрезвил намерения: не сейчас. Потрясения выходного не пропали бесследно. Нужен еще день или два на отдых…
А что же здесь и сейчас?
— Будь по- твоему, — злобно бросил Титов, — потом еще пожалеешь.
Взглянув в сторону камеры, размещенной на потолке помещения, директор сделал нужный жест, и уже спустя минуту Нильсон открыл дверь.
Тиль впервые за время заточения словно дала крохотную трещину. Девушка бросила совершенно человечный взгляд на вошедшего мужчину.
— Я скучала… — выдохнула она.
— Я пошел тебе навстречу, — ледяным тоном отрезал Титов. Он смерил взглядом обоих присутствующих, — тебе есть, что мне предложить взамен?
Линда кивнула. Серо- голубые глаза её до сих пор не сводили взора с Нильсона. Тот не реагировал, но и сам смотрел на пленницу со смесью чувств на лице.
— Прошу, начни с самого важного. Мелочи оставим на потом.
Мысли обоих были заняты друг другом, но ни намека на предательство Брайера или неожиданные действия от Тиль Константин не обнаружил. Порядок…
— Самое важное, да, — голос Линды звучал сухо. Ни дрожи, ни слёз, ни эмоций, — прежде всего, Бостон.
ОПЗМовец ответил крохотным кивком, призывая продолжать. Камера под потолком услужливо записывала каждое слово Тиль, чтобы аналитический отдел смог потом детально разобрать, изучить и проверить все предоставленные данные.
Что же там насчет Бостона?
— В Бостоне, — выговорила Линда, — и был первый важный момент. Я тоже оказалась задействована, потому что…
Короткая пауза. Три пары глаз смотрели друг на друга.
И вот две из них нашли взгляд друг друга.
— Потому что там мы с Нильсоном Брайером признались друг другу во взаимных чувствах. Еще в самом начале войны, не зная, сколько всего предстоит пережить вместе.
Титов отреагировал не сразу. В первое мгновение ему показалось, что произошла какая- то осечка, но Линда говорила быстро, и успела продолжить:
— Нью- Йорк. Там мы жили вместе, и пусть Нильсон часто отправлялся на войну, а я пропадала в Совете, это была лучшая часть моей жизни.
— Тиль! — Константин вновь подавил вспышку гнева, — вместо интересующих меня сведений ты предоставляешь полную бессмыслицу! Оставь глупые попытки сбить Нильсона с пути. Не получилось у твоих товарищей на фронте, не получится и здесь. Если тебе нечего сказать по существу, возможно нужно взять день перерыва, — он встал, собираясь уйти и оставить девушку наедине со своими мыслями, а себе дать время разработать новую тактику допроса.
— Прошу прощения, — Линда тоже справилась с собой. Голос её на мгновение прыгнул на октаву вверх, но девушка продолжила говорить, — прямо сейчас идет конференция…
Снова голос дрогнул. Мысли пленницы оторвались от потолка и тоже дали слабину.
— Конференция в Гонконге. По вопросам готовящегося вливания ресурсов в Восточное направление. Мы перенесли её из столицы, чтобы провести в условиях секретности.
Девушка прикусила губу. По подбородку скатилась единственная капля крови.
Взгляд Титова на мгновение метнулся к обеспокоенному лицу Нильсона. Тот старался выглядеть невозмутимым, но мысли мужчину всё же выдавали.
Повисла тишина. До слуха директора донесся едва слышный гул ярких ламп, уничтоживших все тени в помещении.
— Гонконг, — повторил он, — что еще?
По телу разлилось удовлетворение. Все эти ходы, все хитрости Линды, попытки выманить Брайера да, успеха достигли: вот он, стоит перед ней. Но на этом всё.
По метанию мыслей девушки Константин понимал: она не лжет. Информация дается с огромным трудом.
А как же еще? Предательство — вещь непростая.
— Конвой, — почти прошептала Тиль, — позавчера вышел из Шанхая по ТО ГТК. Там огромный гуманитарный груз, который должен осесть на побережьях Африки. Наши силы только высадились, и им нужны ресурсы, и…
Она не могла говорить дальше. Каждое слово, по- видимому, давалось пленнице едва ли не с физической болью.
Титов же старался вытеснить из себя злорадство деловым настроем. Но вновь и вновь возвращалось приятное чувство справедливости, что эта гордячка сейчас на своем месте.
Про готовящуюся транспортировку ему уже докладывали. Командование поспешило сбросить информацию со счетов: последний крупный конвой из Шанхая выходил не так давно, и откуда бы так быстро собраться новому?