Шрифт:
Шэй неловко пожимает плечами.
— Пожалуйста. Надеюсь, вы будете счастливы там, куда едете — в Норвегию, не так ли?
— Да. Вообще-то зависит от моря, так мне кажется, но по плану — в Норвегии. А вы покидаете нас сейчас? Почему?
— У нас тут кое-какие дела.
— Удачи вам.
— Вам пора, — напоминает моряк.
Кай и Шэй спускается по трапу в шлюпку. Остальные машут им, желают удачи, и они машут в ответ. Вода сейчас — как зеркало; после прошлой ночи даже не верится, что это то же самое море.
Шлюпка покидает пещеру, идет вдоль берега. Моряк направляет ее в небольшую бухту.
— Когда будете готовы покинуть эти места, возвращайтесь в ту же пещеру. В ней останавливаются несколько наших судов; не могу сказать, в какие именно дни, это зависит от обстоятельств.
— Как же мы до нее доберемся, не имея лодки?
Моряк неопределенно хмыкает. Кай и Шэй переглядываются.
«Выбрось его за борт и захвати шлюпку».
«Келли!» — Шэй шокирована.
«Пусть добирается вплавь».
«Так нельзя! Она может им понадобиться».
«Она нужна тебе. Кай умеет плавать, а ты нет, судя по переправе через реку».
«Мы где-нибудь найдем другую лодку. Все будет хорошо.
Приблизившись к берегу, моряк заводит шлюпку в небольшой заливчик, весь обрамленный высокими скалами.
— Как же мы заберемся наверх? — спрашивает Шэй.
— Это ваша проблема. А теперь вылезайте.
21
ШЭЙ
Мы стоим на каменистом берегу. Позади мягко плещутся морские волны; впереди высятся скалы. Слева струится водопад. Справа в скалах видна расщелина — вот где можно подняться наверх, на травянистый склон. Слышны только шум моря да крики чаек. Место уединенное, пустынное — красота.
Кай показывает на расщелину, которую я рассматриваю.
— Поднимемся там?
— Да, но не сейчас.
— Что ты задумала?
— Вон там — помыться, — отвечаю, указывая на водопад. — Вот здесь — поесть. — Я обвожу рукой место на берегу, где мы стоим. — Потом добраться до травки и поспать на солнышке.
Кай улыбается.
— Мне нравится ход твоих мыслей.
А Келли хмурится, скрещивает руки на груди.
«Разве мы не должны двигаться дальше?»
— Келли считает, что нам нужно идти.
— Нам требуется отдых, Келли, и немного сна, иначе толку от нас не будет, — говорит Кай.
«Отлично. Тогда я проверю, как обстоят дела». Темным пятном она уносится вверх по скалам.
— Наперегонки! — восклицает Кай и устремляется к водопаду, на ходу сбрасывая рубашку.
Потом мы лежим наверху, на покрытом травой склоне, и тяжело дышим. Подъем был трудным. Пищи и воды у нас почти не осталось; приходится рассчитывать, что продукты найдутся там, куда идем.
Когда дыхание успокаивается, я поворачиваюсь на бок и, опираясь на локоть, склоняюсь над Каем. Целую его; он отвечает поцелуем раз, другой, а затем, как всегда, медлит, замирает, немного отстраняется и смотрит на меня. Зрачки расширены, сердце бьется учащенно, но он удерживает меня на расстоянии вытянутой руки, словно боится того, что может последовать за еще одним поцелуем.
Согревшись на солнцепеке, мы вскоре начинаем дремать. Моя голова лежит на груди Кая, его руки обнимают меня, и я слышу, как под моей щекой стучит его сердце: тук-тук, тук-тук. Он гладит мои волосы.
Мысли путаются, и в полусне я куда-то плыву. Знаю, что нужно поспать, но пока не хочу впадать в забытье, хочу остаться здесь, с Каем, под теплым солнцем, греющим кожу, слушать биение его сердца и музыку моря, звучащую где-то внизу.
Даже не заметив, выхожу из тела и касаюсь мира вокруг — травы, пульсирующей жизнью, насекомых, пауков и тех, кто роет землю, рыб в воде и птиц в воздухе.
И самого острова.
Остров живой — у земли и скал есть память и есть цель. Ему нанесли рану, но он исцелится и будет жить дальше.