— Скорее всего, большую часть времени он проводил где-то еще. Как ты сказала про его библиотеку — это дом отдыха.

Набрав стопку книг, Шэй усаживается в кресло и принимается читать одну из них.

«Какой из этого прок?»

Она медлит, переворачивает страницу.

— Я пробую думать, как он. Книги, которые нравились человеку, могут многое о нем рассказать, ты так не думаешь?

— Правильно. Как книги, которые читала Келли! — говорит Кай.

— Келли, какие книги тебе нравились?

Я сердито смотрю на Шэй. Книги? Я в самом деле их читала, на футбольных матчах. Когда Кай играл. Но что именно я читала? Не помню, и это меня пугает. Я должна помнить. Что мне нравилось? Но вспоминаются только те, которые меня заставляли читать в школе.

И тогда я прихожу в ярость. Если у меня проблемы с памятью, то я знаю, кого винить, и все разговоры о моих и его книгах не имеет ничего общего с поисками.

«Не понимаю, какое это имеет значение!» — пронзительно кричу я.

Шэй подпрыгивает. Ее брови ползут вверх, она поражена, но я вне себя, и сейчас мне необходимо от них убраться.

Бью кулаком в стену и исчезаю в дымоходе.

ШЭЙ

Скоро снова зайдет солнце, а я все читаю, с головой погрузившись в книги Первого.

Кай зевает.

— Не пора ли спать? — спрашивает он.

Мотаю головой.

— Пока хватает света, хочу почитать еще.

Поцеловав меня, Кай поднимается наверх, а я берусь за следующую книгу. Келли еще не вернулась, и я не сказала ему, насколько она разозлилась.

Мне надо продолжить чтение.

Страницы сменяются стремительно. Я всегда быстро читала, но теперь это нечто другое. С жадностью поглощаю все подряд, не просто запоминаю. Но постигаю настолько глубоко, как не умела ранее, соединяю куски знаний в единое целое.

Что бы там со мною ни произошло, когда я переболела этим гриппом, оно превратило мой мозг в какое-то подобие суперкомпьютера. Сегодня утром я прокручивала в голове бесконечные комбинации цифр, подыскивала значимые сочетания. И несколько дней назад в больнице я поняла, как сфокусировать внимание внутри своего тела и вылечить сотрясение мозга, поняла не просто инстинктивно, а осознавая, что нужно сделать, и выполнила это.

Я действительно странная.

И чем дальше я читаю, тем сильнее чувствую, что приближаюсь к разгадке тайны Первого.

Он ни в коей мере не соответствует образу психопата, зацикленного на массовых убийствах, а именно такой образ сложился у меня в голове. Его книги — это логика и философия, есть труды по науке и религии. Никакой политики и пропаганды; ни одной работы по медицине или биологии — из научных монографий в основном физика и астрономия.

Хотя присутствует этот странный интерес к ауре, которым раньше отличались хиппи, и я чуть не откладываю соответствующее произведение, чтобы взяться за другое, но… это напоминает мне о маминых увлечениях. Просматриваю полки. Собрание включает книги по восприятию и чувствительности ауры, целительству, расшифровке цветовой гаммы.

Встаю, выбираю их и раскладываю на столе. В конце одной книги есть вставка — цветная диаграмма.

Разворачиваю ее, и на пол, порхая, падает листок бумаги. Это рисунок от руки — контуры тела человека с цветным карандашным наброском окружающей его ауры. Выглядит почти как картинка на религиозную тему — нимб вокруг головы и тела. Вероятно, рисовал Первый.

В верхней части рисунка одно-единственное слово: Vox. Что оно значит? Что-то знакомое в нем есть; задумавшись, морщу лоб. Не означает ли оно что-нибудь вроде «голоса»?

Начинаю читать, и по телу бегут мурашки. Со времени болезни у меня появилось это постоянное ощущение окружающего меня мира. Описание волн ауры и моих чувств так похоже… может, это одно и то же?

Здесь говорится, что люди, способные воспринимать ауру, могут не только чувствовать эти волны, но и видеть, слышать их. Для восприятия ауры зрение и слух нужно настраивать, проникая за пределы твердой материи и фокусируясь на пространстве внутри нее. Материя состоит из атомов, которые состоят из частиц — частиц, вращающихся в пространстве.

Частиц, которые способны вести себя как волны.

У меня замирает сердце.

Все как в тот раз, когда я исцелила себя — с помощью волн из глубин собственного тела. Значит, я использовала свою ауру, даже не понимая, что делаю?

И аурой обладают не только живые объекты. С самого нашего приезда я чувствовала, что остров живой, что история этого места запечатлена в скалах и земле как память. В книге говорится, что начинающим легче видеть ауру на расстоянии, а где я видела цвета, окружающие объекты? На солнце, луне и звездах — они все лучатся цветами и окружающими их энергетическими полями. Это было одним из первых изменений в моем восприятии, которое я заметила, когда заболела.