— Все люди делятся на два типа: те, кто служит, и те, кому служат. Однако это не делает кого-то выше или ниже. Без одних нет других, и это совершенно нормально. Но если говорить о тех, кому служат: кажется, их жизнь безоблачна, не правда ли? Но ведь каждый может предать, сменить себе хозяина. Как же тогда понять, что такое настоящая преданность? Если сегодня твой воин служит тебе верой и правдой, а завтра с легкостью предпочитает кого-то еще?

Я молчала. Обдумывая в своей голове слишком многое. Мне не нравился этот разговор, но я понимала, что перед тем, как уехать в далекое путешествие, Тэрин намеренно завел его со мной. Но, как и ранее с Принцессой, я не хотела обличать свои пороки слишком скоро. Понятное дело, что Тэрин что-то знал. Но вот что именно он знал, большой вопрос.

— Ты служишь Императорской семье, Айрис, — видимо решив, что я так и не заговорю, продолжил Тэрин. — Скажи мне: что может заставить тебя передумать?

— Как я уже говорила ранее, нет такого события или условия, при котором подобное могло бы быть возможно, — как можно ровнее ответила я.

Тэрин снова скосил на меня взгляд.

— Это неправда, — он был серьезен и, поскольку с каждым новым разом нашего общения я открывала Тэрина всё больше как Главнокомандующего армией, мне было не по себе от подобного заявления. — Всегда может случиться то, что изменит твоё мнение.

— Но я подобного не допускаю, — пыталась действовать осторожно и Тэрин это, конечно же, понял.

— Ты боишься меня, Айрис? — Он остановился, хмыкнул, взглянув на меня.

За его спиной располагалось окно, погода была хмурой, весь день окутывали предвечерние сумерки. На этом фоне Тэрин выглядел еще мрачнее, чем мне бы хотелось.

— Конечно, боюсь, — не стала отрицать. — Ты говоришь так, будто я изменница, заслуживающая наказания.

— А как бы ты себя сама назвала?

— Если так хочется меня наказать, предъяви обвинения, — не сдержалась я.

Тэрин снова изучал меня некоторое время.

— Больше недели ты провела в доме Мара, — внезапно заявил Тэрин, и я не смогла скрыть удивления. Впрочем, Третий Принц не пытался читать мои реакции, мы уже выяснили, что я боюсь. — Что было между вами?

— Моё долгое исцеление, — раздраженно ответила я и вздохнула, вспомнив разговор с Наставником после моего возвращения из мертвых. — Думаешь, я спала с ним и обсуждала коварные планы по уничтожению Императорской семьи?

— Ты мне скажи.

— Спешу разочаровать: нет. Он меня спас, да, но о предательстве даже не заговаривал.

Тэрин медленно приблизился ко мне, будто подкрадывающийся зверь к добыче. Невольно задрожала, во все глаза наблюдая за Третьим Принцем.

— Но почему он тебя спас? — Задал вполне резонный вопрос Тэрин.

— У него есть причина. Но он мне о ней так и не рассказал. Полагаю, он дожидается подходящего момента.

— Твои предположения? — Я лишь покачала головой. — Понимаешь, Айрис, в этой ситуации ты напоминаешь мне Литана.

— Ты думаешь, я выбрала Мара? Потому что он старше?

— Императоры сменяются, но Темная гильдия остается, — напомнил он беспощадно.

— Империя тоже никуда не исчезает, — парировала уверенно. — Сейчас правит семьсот семнадцатый Император. Сколько бы Темная гильдия не держалась, с цифрой спорить сложно.

Тэрин снова смотрел на меня неопределенно, но изучающе. Меня это напрягало, но я старалась держаться.

— Ты знаешь, как Мар занял своё место? — Поинтересовался Тэрин.

— Откуда? — Пожала плечами.

Тэрин улыбнулся.

— Он спасает тебе жизнь и ждет чего-то взамен, но даже не рассказал тебе свою историю? — Тэрин действовал наверняка, будто пытаясь уязвить моё самолюбие.

В любом другом случае я бы, может, и поддалась. Но сейчас моя душа была словно налита свинцом, мне было не до каких-то боданий.

— Как я уже говорила, я не планирую предавать Императорскую семью и работать на Мара, — что-то шевельнулось в моей душе, и я самодовольно добавила: — Не то, чтобы он не предлагал.

Ухмылка на лице Тэрина могла быть и одобрением, и предостережением.

— Как интересно, — заметил он. — Значит, ему нужна твоя служба. Что невольно возвращает нас к Литану.

— Я понимаю твои опасения, Тэрин, — выразительно прямо смотрела ему в глаза я. — Когда ты служишь, слиться с толпой проще. Когда служат тебе, ты у всех на виду. Но правды в глаза тебе никто не скажет. Как было и с Литаном. Каждый может предать, это правда. Но если бы все в действительности были предателями, мир бы давно был уничтожен.