Знакомую фамилию Дельвиг- Филиппов услышал, от командира расчета его взвода, унтер-офицера Хлебникова, развязного малого, родом с Челябинска.

— Полковник у них в бригаде — зачетный. Громов, Дмитрий Иванович… Кремень, не человек. Говорят, лучшем на курсе в академии был. Вместе с Паньковым учился, но говорят наш того…

— Кто говорит, Хлебников?! Бабьи сплетни на батарее? Не потерплю..

— Да у меня в двенадцатой танковой- шурин служит. Фельдфебель Нестеренко Евграф Сергеич… брат жинки моей. Командир подвижной мастерской. Так вот, господин лейтенант, Евграф говорит, что полковник Громов — человек. О солдатах заботится, интендантов к ногтю прижал. А техника в бригаде вообще вся новая. От вездеходов до танков. Чудные такие, их самоварами кличут…

— Я тебя понял, Хлебников. Ты оружие в порядок привел? На кухню сходил, сухпай на взвод — взял?

— Так точно господин лейтенант. Еще так сказать, резерв создал. Восемь банок тушенки и десять супов концентрированных. Чай еще, галеты …Для вас кофе взял, бразильский.

Вот пройдоха! Настоящий унтер, пронырливый и подмазывающийся к начальству. Ну и черт с ним..

— Деньги отдам! Бросил через плечо Дельвиг и направился за указаниями к штабу дивизиона, расположенного в паре километров от взвода Сергея. Палаточные городки полков, окруженные со всех сторон аванпостами и зенитными батареями прикрывались с неба лениво барражирующими истребителями, вот и огневой взвод Сергея из двух ЗСУ, находился в прикрытии расположения полка, покрытые маскировочной сетью.

Указаний получить не удалось, Буртасов и начштаба дивизиона майор, князь Николай Абашидзе убыли на совещание в штаб Дарницкого. Пошатавшись без дела, Дельвиг направился обратно, дрессировать личный состав. Ибо делать было нечего. Тем и хороша военная служба. Если нет приказа от начальства — дрессируй нижние чины. Для дела польза и время быстрее летит.

Вечером, в полдесятого, дремавшего после под навесом возле ЗСУ, Дельвига разбудил вестовой из штаба полка. Протирая глаза, Сергей забрался в коляску армейского мотоцикла РМТ и уже через пару минут покатил к стоящей у края городка, а не в центре, как обычно штабной палатки. Навстречу вышел встревоженный Паньков. Дельвиг вытянулся перед полковником, но то протянул руку.

— Приветствую… Филиппов. Вас там ожидают.

Нагнув голову, Сергей прошел в палатку и тут же попал в медвежьи объятия Громова.

— Здорово, грантовщик [6] ! Задал ты жару в Одессе. Еле Женька тебя отмазал.

— Да брось! Кто старое помянет. За службу спасибо, Дим… Место неплохое. Только сейчас ерунда какая то намечается…А так служить можно..

Громов посерьезнел. Только сейчас Серега понял, как изменился его друг- круги вокруг глаз и красные как у кролика глаза свидетельствами о постоянном недосыпании.

— Да брат, попал ты. Зря я тебя в полк Панькова засунул. Знал бы что так обернется, за Урал бы отправил …

— Да ладно. Херсон — город интересный. Можно заработать, если головой подумать и щель найти… А за Уралом? Одни заводы, рудники и тюрьмы..

— Да ты не понял, Серег. У нас приказ. Завтра границу переходим. Двумя корпусами, что бы немцам не дать Галицию полностью занять. А то они по семьдесят верст в день делают — можем опоздать…И иметь общую границу с ГДР. Сам понимаешь, приятного мало…нужен буфер приграничный

— Так что, война?

Дельвиг почувствовал, как у него ослабели ноги в коленях и предательски заурчало в животе.

— Возможно. По крайней мере, приказ однозначный. В случае противодействия немецкой или польской армии — открывать огонь на поражение. Тут уже как повезет. Может и обойдется. А может и нет…

Громов плеснул в стоящие рядом два стакана, коньяка из початой бутылки.

— Давай, что бы обошлось все. А то мы не готовы…

Проглотив огненную воду и фыркнув, Дельвиг, закусил лимонным мармеладом и подмигнул другу. Настроение улучшилось. Хороший коньяк, армянский…

— Брось, не готовы. Вон силища какая…

Громов махнул рукой.

— Что толку от этой силы, Серег? Если командуют — идиоты. Вон на своего комдива Дарницкого посмотри. Его же давно пора в отставку вышвырнуть. Извел Панькова своими пьянками, болван. Командир корпуса — еще хуже..

— Хуже Дарницкого?

— Потому что, Рюмин не одной дивизией командует, а тремя. Да еще несколькими бригадами и полками… Его потолок — командир полка. И то у полярного круга. Где одни медведи белые в противниках могут оказаться. Поэтому еще худший кретин, чем Дарницкий.

— Его заместитель? Начштаба, наконец?

— Там компания теплая. Собутыльники с времен юнкерства. У Рюмина брат — сенатор. Поэтому так высоко и забрался. Дурак-дураком… а корпусом командует. Хотя если здесь чего не так пойдет- в миг головы полетят. Только кровушки русской пролить эти бестолочи, сумеют много.

Громов опять налил коньяка. Уже побольше и пододвинул к другу банку мармеладок.

— Ты куда Панькова выжил из палатки?

— По делам пошел. С инспекцией в бронебойный дивизион. Случись чего, без бронебойщиков-никуда.